ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики

^ ГЛАВА СЕДЬМАЯ. Установка
Установка - одно из более отлично изученных и, сразу, вызывающих острые полемические столкновения средств синематографа. С. Эйзенштейн – один из основателей и пропагандистов теории и практики монтажного кино – утверждал: "Кинематография - это сначала ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики установка"16[1].

Стремясь проследить установка на всем протяжении истории синематографа. С. Эйзенштейн наметил и концепцию 3-х Исторических шагов эволюции монтажа:

"Для одноточечного кино - это оказывается пластической композицией.

Для многоточечного кино - это оказывается монтажной ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики композицией.

Для тонфильма - это оказывается музыкальной композицией.

Это положение сразу открывает заного осмысление вопроса монтажа. "Истоки" монтажа лежат в пластической композиции. "Будущее" монтажа лежит в музык композиции. Закономерности через все три шага ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики едины .

"Роль" монтажа в пластическом построении играет сочетание композиционного обобщения по изображению с самим изображением, осмысленное "соразмещение" в композиции и обобщенный "контур" изображения.

Установка играет роль обобщения во 2-м шаге .

"Роль" монтажа в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики тонфильме лежит в главном во внутренней синхронизации изображения и звука"17[2].

Но "монтажное кино" имело и имеет и бессчетных врагов.

Из значимого числа теоретиков, не признающих в нем универсальной формулы киноязыка ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, сошлемся хотя бы на Анри Базена, считавшего, что уже на стадии немого синематографа имели место две обратные тенденции: "0дна из их представлена режиссерами, которые веруют образность, другая - теми, кто верует в действительность"18[3]. Смысл ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики этого разделения - в противопоставлении синематографа, в каком режиссер обладает "целым арсеналом средств, чтоб навязывать зрителю свою интерпретацию изображаемого действия", синематографа, в каком "смысл не заключен в кадре, а появляется в сознании зрителя как ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики итог монтажной проекции", другими словами кинематографа-интерпретации, - другому типу, который стремится фиксировать, а не конструировать, в каком фотографируемый объект превалирует над толкованием, а актер – над режиссером. В этом втором типе синематографа установка не ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики играет приметной роли, и Базен перечисляет мастеров немого кино, не уделявших ему огромного места собственной поэтике.

Эта самая 2-ая тенденция, по воззрению А. Базена, исторически возобладала в звуковом кино и определяет во ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики 2-ой половине XX века пути этого искусства.

Сначала, попытаемся осмыслить понятие монтажа. Явление монтажа в том значении, которое придается этому термину в русской теоретической литературе (не считая нареченных выше ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики работ, тут уместно будет напомнить о статьях Б. Эйхенбаума "Трудности киностилистики" и Ю. Тынянова "Об основах кино в сб. "Поэтика кино", М.-Л., 1927), составляет только личный случай одной из более всеобщих закономерностей образования художественных ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики значений - соположения (противопоставления и интеграции) разнородных частей. Художественный ряд – последовательность структурных частей в искусстве - строится по другому, чем нехудожественные структурные ряды.

Типовая последовательность нехудожественных структурных частей строится последующим образом. Неважно какая коммуникативная ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики система может изучаться в 2-ух качествах: исходя из убеждений инвариантной структуры и как реализация структурных принципов этой системы при помощи неких вещественных средств. Так, Ф. де Соссюр поначалу предложил различать в естественных языках ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики начала "языка" (системы структурных отношений) и "речи" (.выражения этих отношений средствами языковой материи), а потом положил это разделение в базу заложенной им семиологии – всеобщей теории знаковых систем. С этой ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики точки зрения, как та либо другая последовательность частей осознается нами как "верная", другими словами как ей на уровне "языка" может быть сопоставлена некая структурная закономерность, она теряет неожиданность и может быть заблаговременно предсказана ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Так как по мере удлинения текста на него накладывается больше структурных ограничений, количество способностей для выбора последующего элемента будет непреклонно сужаться.

Как следует, в любом верно построенном тексте информационная нагрузка от начала к концу ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики будет падать, а избыточность (возможность пророчества вероятности возникновения последующего элемента в линейном ряду сообщения) - расти. Следует отметить и другое. Нехудожественная коммуникация предполагает, что слушатель получает новое сообщение, но код ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, общий с отправителем, дан ему заблаговременно. Если я читаю книжку на эстонском языке, то подразумевается, что я могу почерпнуть из нее много разных сведений, но эстонский язык мне уже известен заблаговременно (идет речь не ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики об учебном чтении с целью усвоения языка, а о обычной коммуникации). Говорящий и слушающий на родном. языке обладают им в равной мере и так отлично, что при обыкновенном говорении перестают его ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики замечать. Язык делается приметен, когда говорящий употребляет его особенно, персонально: ярко, образно, художественно - либо плохо, грамматически некорректно, заикаясь либо не выговаривая неких звуков. Обычный же язык в силу собственной корректности в обыкновенной ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики речи незаметен. Слушатель уделяет свое внимание на то, что ему молвят, а не на то, как это делают, и извлекает информацию из сообщения - о языке он уже все знает и новейшей ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики инфы о его структуре не ожидает и не получает.

Художественная последовательность строится по другому.

Высочайшая информационная насыщенность художественного текста достигается тем, что, благодаря сложным и не полностью понятным его внутренним механизмам, структурная закономерность ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики не понижает в нем информационности19[4]. Художественная структура подавляет избыточность20[5]. Не считая того, участник акта художественной коммуникации получает информацию не только лишь из сообщения, да и из языка, на котором с ним дискутирует искусство. Он ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики похож на человека, который сразу изучает и язык, на котором написана книжка, и содержание этой книжки. Потому в акте художественной коммуникации язык никогда не бывает неприметной, автоматической, заблаговременно прогнозируемой системой ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики.

Как следует, при художественном общении и язык эстетического контакта, и текст на этом языке на все" собственном протяжении должны сохранять неожиданность. Но тут появляется другая трудность: внезапный – означает незакономерный (то, что закономерно, не ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики может быть внезапно; нельзя сказать, что после 5 марта внезапно пришло 6-е либо после зимы внезапно наступила весна, - эти последовательности автоматичны, и сообщение о их никакой инфы к несет), а незакономерное ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, несистемное не может быть передано - оно остается вне пределов знакового обмена. Таким макаром, художественная коммуникация, по начальной предпосылке, делает противоречивый ситуацию. Текст должен быть закономерным и незакономерным, прогнозируемым и непредсказуемым сразу. Эмпирически это странноватое ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики положение понятно всем. Все знают, что поэзия оперирует речью, подчиняющейся всем правилам грамматики данного языка, к которым добавлены еще некие дополнительные правила: рифмы, размер, стилистика и пр.

Как следует, поэтический ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики текст более ограничен и наименее свободен, чем непоэтический. Как следует, он должен нести меньше инфы. Как следует, для примерно эквивалентной инфы нехудоже-ственного типа необходимо меньше слов, чем для поэзии21[6].

Но .реально дело обстоит ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики как раз напротив: информативность художественного текста выше, и он всегда .меньше по объему эквивалентного ему нехудожественного текста. Этот феномен имеет базовое значение, ибо конкретно на нем основывается то, что поэты именуют "чудом искусства ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики", а мы могли бы именовать его культурной необходимостью.

Из этого начального противоречия художественный текст выходит 2-мя способами. 1-ый связан с тем, что один и тот же текст соотносится с 2-мя ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики структурными нормами. То, что в тексте с позиции одних нормативов случаем, оказывается закономерно - с других. Противонаправленная избыточность 2-ух разных систем, взаимно накладываясь, гасится, и текст сохраняет информативность на всем собственном протяжении. Таковой текст ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики можно для наглядности уподобить некому сообщению, которое дешифруется на нескольких языках. Так, к примеру, к одной из глав "Евгения Онегина" Пушкин поставил эпиграф из Горация "О, rus!" (что значит "О, деревня!") и ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики соотнес ему каламбурное чтение "О, Русь!". Другой путь - соположение разнородных единиц, единиц разных систем. Это можно сравнить с "макароническим" текстом, в каком на равных правах употребляются слова различных языков. В искусстве этот путь ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики очень всераспространен. Как мы, овладев некой структурной закономерностью текста, настраиваемся на определенное ожидание и, казалось бы, можем предсказать последующий элемент, создатель меняет тип закономерности (перебегает на другой "язык") и ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики ставит нас в необходимость поновой конструировать структурные принципы организации текста.

Столкновение частей различных систем (они должны быть и обратны и сравнимы, другими словами на каком-то более абстрактном уровне - едины) - обыденное средство образования ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики художественных значений. На нем строятся семантические эффекты типа метафоры, стилистические и другие художественные смыслы.

Для того, чтоб прояснить для читателя принцип соположения разнородных частей, их конфликта и высшего единства, в итоге чего любой из ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики частей в контексте целого оказывается и внезапным и закономерным, приведем пример из блестящей статьи чешского ученого Я. Мукаржовского, написанной около сорока лет тому вспять.

Анализируя киноленты Чарли Чаплина, Мукаржовский ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики указал, что в базе их лежит устойчивый, узнаваемый зрителю заблаговременно и ожидаемый им тип-маска "Чарли". Постоянный грим и костюмчик, постоянные приемы актерской игры, типовые сюжетные ситуации и отнесенность к некому одному людскому типу в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики реальности позволяют гласить о единстве этого вида, который может рассматриваться в качестве целостной художественной структуры.

Но Мукаржовский направил внимание на то, что единство вида не отменяет, а предполагает его двойственность. Уже костюмчик ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики Чарли двоится: верх его составляет стильный котелок, манишка и бабочка, а низ - спадающие штаны и страшные, не по росту. башмаки (рассредотачивание верха и низа, естественно, не случаем). Сочетание в костюмчике последней ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики элегантности (напомним, что маска Макса Линдера была построена на поочередной "цельной" элегантности светского льва; Чаплин начинал творить, когда смешной стереотип Линдера был привычен публике и заходил в ее ожидание) и предельной оборванности ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, опущенности длилось и в жестах и мимике Чарли. Стильные, идеально светские движения, которыми Чарли приподнимает котелок либо поправляет бабочку, смешиваются с жестами и мимикой бродяги Чарли - вроде бы два человека. И этим ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики достигается внезапный эффект. Казалось бы, пред нами - устойчивая маска, стереотипные ситуации, условные жесты. Как следует, таковой текст легче предвидеть, чем сырую, "не сыгранную" серию поочередных фото нехудожественной действительности? Оказывается, нет. Разные закономерности ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, перекрещиваясь делают нужную неожиданность.

Конкретно в менее подходящих ситуациях Чарли ведет себя как идеальный джентльмен. Черты светского человека появляются в нем едва на дисплее создается контекст, в каком естественным выступает поведение бродяги ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, бандюгана, вора. Но как контекст просит норм элегантного поведения, Чарли оказывается небольшим бродягой в чужом костюмчике.

Так, сюжет традиционной "Золотой лихорадки" складывается из 2-ух половин. В одной действует Чарли – небольшой бродяга, в другой ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики -Чарли - в один момент разбогатевший миллионер. Чарли-бродяга наделен идеальными манерами светского человека. Верхушкой является сцена, когда искатели золота, голодающие зимой в горах, варят сапог. Разделывая эту страшенную еду при помощи ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики ножика и вилки, обсасывая гвоздики, как косточки, съедая шнурки, как спагетти, Чарли показывает безупречность манер. Но стоит ему сделаться миллионером, как пред нами оказывается человек в шикарной шубе либо смокинге, который чешется ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, набивает рот и чавкает, как бродяга.

Смысл таковой игры в том, что герой в обоих случаях стает пред нами как переодетый. В одном - это светский человек, переодетый бродягой, в другом - бродяга, переодетый человеком ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики высшего общества. Любая из сущностей переодетого диктует свои нормы поведения и собственный тип ожидания со стороны зрителей. Соотношение "герой - костюмчик" порождает смешные ситуации, но может быть источником и других значений. В конце ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики "Золотой лихорадки" Чарли-миллионер встречает на пароходе даму, которая отвергла его любовь в поселке золотоискателей, а сейчас путешествует в 3-ем классе посреди бедняков-переселенцев. Она не выяснит собственного бывшего фаната в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики блестящем пассажире. Но вот Чарли переодевается в старенькые лохмотья, и героиня выяснит его. Сейчас переодевание - факт сюжета, и потому оно исчезает из игры: Чарли в костюмчике бродяги ведет себя как бродяга, он ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики обретает целостность поведения. Он - небольшой загнанный человечек с доверчивыми и несуразными жестами, таким же его принимает и героиня, и таким она его любит. Но зритель помнит, что герой переодет. Если комизм нелепости ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики может строиться как соединение несоединимого, как механическое слепливание различного, то целостный, тем паче катастрофический, образ предполагает, что различные и антагонистические с одной точки зрения элементы - с другой, внезапной, нахождение которой и составляет суть ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики художественного открытия, оказываются едиными.

Мукаржовский подчеркивает метод, которым Чаплин остерегает зрителя от утраты чувства единства вида. В "Огнях огромного городка" он ставит рядом с героем два персонажа, которые вроде ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики бы "снимают" с одного, живого Чарли его обратные лики: продавщица цветов - слепая, миллионер - опьянен. Оба они воспринимают Чарли в различных его проекциях. Продавщица считает его сказочным царевичем, "лицезреет" только "элегантного" Чарли и ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики не выяснит, обретая зрение, собственного героя в реальном чаплиновском персонаже.

Опьяненный пресыщенный миллионер отыскивает дружбы "обычного человека", бродяги, но, протрезвев, не выяснит Чарли, как и продавщица - прозрев. Чарли, окруженный катастрофическим недопониманием, которого ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики и любовь и дружба воспринимают только "частями", должен быть воспринят зрителем как нечто живое, целостное, единое.

Так создается поведение, которое сразу представляет смесь 2-ух обратных типов поведения и единое, органичное - жизнь и судьбу 1-го человека ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Этим достигается решение того феномена высочайшей информативности искусства, о котором мы гласили выше.

Изготовленные наблюдения касаются не только лишь смешного - они имеют прямое отношение к глубинным законам искусства. Так ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, герой романа Скотта Фицджеральда "Ночь нежна", объясняя киноактрисе Розмэри, что такое игра актера, гласит: "Нужно сделать что-то, чего зрители не ждут. Если им понятно, что ваша героиня сильна, вы в эту минутку ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики показываете ее слабенькой; если она слаба, вы ее показываете сильной. Вы должны выйти из вида - понятно вам?

- Не полностью, - призналась Розмэри. - Как это - выйти из вида?

- Вы делаете то, чего публика ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики не ждала, пока вам не получится опять приковать ее внимание к для себя и только к для себя. А далее вы снова действуете в виде"22[7]. Тут с ювелирной точностью обозначено на ту игру ожиданием аудитории ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, то неизменное колебание меж оживлением ожидания и его разрушением, которое составляет одну из основ неослабевающей информационности текста.

Примером схожей игры с выпадением из роли и вхождением в нее, обычно, является исполнительство ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики Марчелло Мастроянни. Так, в кинофильме "Восемь с половиной" главный герой всегда сопровождается разными проекциями его личности - возникновением сцен юношества, отражением его сути в разных женщинах, снами, творчеством. Каждое из этих отражений не ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики идентично другим (точнее, обратно) и, сразу, с ними отождествлено.

Максимально верно эта особенность проявилась в смелом режиссерском решении Ю. П. Любимова ("Театр на Таганке" в Москве) вида Маяковского в пьесе, посвященной ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики поэту. Режиссер имел дело с персонажем, само имя которого задает зрителю определенные жесткие стереотипы ожидания, отчасти продиктованного создававшимися самим Маяковским нормами восприятия его поэтической личности, отчасти же определенного посмертной судьбой его наследства. Просто ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики проиллюстрировать эти ожидаемые нормы было бы настолько же художественно неубедительно, как и просто откинуть их. Режиссер пошел на опыт: он вывел на сцену 5 Маяковских (ни какой-то из них портретно ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики не похож на поэта; самый "лирический" - бородат и заикается от смущения). Присутствуя на сцене сразу, эти 5 Маяковских ведут себя по-разному в одних местах деяния и сомкнутым фронтом - в других. Погибают они не сразу ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Но конкретно поэтому, что мы всегда знаем, что эти пять- один человек, их постепенный, свободный от наружных эффектов, уход потрясает зрителей.

Бертоне в "Генерале Делла Ровере" (исполнитель роли - В. Де Сика ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, режиссер - Р. Росселлини) - подонок. Он - человек, казалось бы. Дошедший до последней степени падения: сутенер, спекулянт и игрок, он делается коллаборантом, сотрудничает с маленькими бюрократами из гестапо, вымогая средства у их жертв. Да ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики и на этой ступени падения в нем есть нечто, препятствующее зрителю с негодованием отвернуться от экрана. Герой обаятелен (мы ощущаем это с удивлением и сначала - даже с внутренним протестом). Он одарен, артистичен, у ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики него великодушная наружность (не лишенная, вобщем, того подчеркнутого благородства, которое характерно шулерам). Для искусства XIX века сострадание герою, дошедшему до настолько мерзких форм нравственного падения, могло быть обосновано только одним ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики - ссылкой на то, что ответственность за поведение индивидума падает не на него, а на социальные условия. Намек на такое решение имеется и в кинофильме: не случаем более решительно осуждает Бертоне юная сеньора Фассио - великодушная патриотка ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, чей супруг становится жертвой гестапо, и сразу - аристократка, никогда не знавшая хлопот о хлебе насущном, для которой чашечка "реального кофе", которую с таковой гордостью предлагает ей Бертоне, - мерзкая бурда. При ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики всей кощунственности самого сравнения ее с Бертоне, - зрителю разумеется, что ее благородство никогда не подвергалось тем унизительным испытаниям, которые для него - база ежедневного существования.

И все таки то, что создатели кинофильма не ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики желают таким макаром оправдать собственного героя, видно хотя бы из того, что конкретно такое разъяснение он сам услужливо предлагает зрителю. Когда шеф гестапо полковник Мюллер предлагает попавшему в безнадежное положение Бертоне ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики разыграть роль героя Сопротивления генерала Делла Ровере и знакомит его с послужным перечнем последнего, у Бертоне вырывается завистное восклицание: "Еще бы ему не сделать резвую карьеру! Женился на дочке пьемонтского генерала; его тетка, маркиза ди ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики Баррино, погибла в 20 восьмом году, сделав его своим единственным наследником; он подозревается в причастности к масонам; дядя его - кардинал ... Нет, мне просто забавно... А я пробивался сам, дорогой полковник. Я всем ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики должен только для себя".

Вложив это разъяснение в уста такового героя, создатели кинофильма очевидно отторгают схожий облегченный ход,. хотя как некая возможность разъяснения он остается кое-где на заднем плане. Установив и ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики неприглядность реального вида героя, и его ответственность за собственное падение, создатели кинофильма вводят один - казалось бы, малозначительный в общем развитии деяния эпизод: Бер-тоне прячется под неверным именованием инженера Гримальди ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики (либо полковника Гримальди). Совместно с этим именованием он, сам того не зная, присвоил для себя принципиальные злодеяния против германских оккупационных властей - Гримальди разыскивается за помощь партизанам.

В глубине души симпатизирующий герою полковник Мюллер не без ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики драматичности спрашивает его: кем он предпочитает стать перед трибуналом - Бертоне либо Гримальди? Герой не испытывает на этот счет никаких колебаний: как маленький бандюган Бертоне он рискует только тюремным заключением ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, а приближающееся окончание войны сулит амнистию, в роли же Гримальди ему гарантирован расстрел. Герой - маленький бандюган и предпочитает им оставаться. И, хотя это решение полностью естественно, оно даже разочаровывает шефа гестапо - он совсем убеждается, что ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики этому не лишенному притягательности ничтожеству чужды любые возвышенные порывы.

Так определен нрав героя, которому все тот же Мюллер предлагает для спасения себя оказать услугу гестапо - разыграть роль типо захваченного в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики плен (по сути - убитого) героя Сопротивления генерала Делла Ровере, войти в сношение с подпольщиками и выдать их германцам. Бертоне оказывается в кутузке в роли аристократа, проф военного, патриота и героя, которому ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики даже неприятели обязаны высказывать почтение.

Пред нами - подонок, играющий роль героя. Если б этим дело и ограничилось, то оправдались бы представления в остальном полярно обратных Мюллера и юной Фассио, которые убеждены, что понимают людей ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики и имеют право их судить, а для зрителей вся 2-ая половина кинофильма стала бы лишней. Но действия развертываются вопреки всем, настолько кропотливо установленным, инерциям ожидания. Предстоящая судьба Бертоне - борьба меж ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики его сутью маленького бандюгана (да и артиста, в некий мере - малыша, сохранившего в душе искры наивности и таланта) и принятой им на себя ролью. Пройдя все круги ада, бомбежки, ожидание погибели, находясь под облагораживающим воздействием ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики принятой им на себя роли, он превращает маску в суть, становится генералом Делла Ровере. Эта умопомрачительная трансформация происходит на очах у удивленного зрителя и совершается с неоспоримой уверительностью. Герой добровольно идет ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики на погибель, погибает, не выдав уже открывшихся ему подпольщиков, пишет предсмертную записку чужой супруге и чужому отпрыску и - присвоив для себя даже аристократические предрассудки собственного alter ego – под дулами эсэсовских автоматов ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики благословляет Италию и короля.

Не будем на данный момент останавливаться на глубоко человечной и сложной художественной идее кинофильма. Нас на данный момент интересует более личный нюанс - то чувство правды, которое появляется в зрителе в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики связи с тем, что актер, подчиненный сразу двум данным нормам поведения, в какой-то из них фатально обязан "выходить из вида", чтоб "быть в виде" в другой. Эта осцилляция меж ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики 2-мя закономерностями делает нужную непредсказуемость (информативность) в границах каждой из их.

В качестве примера можно было бы сослаться еще на одно наблюдение: анализируя икону богоматери кисти Андрея Рублева, П. А. Флоренский увидел, что верхняя ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики и нижняя части лица святой дают резко отличающиеся черты ее красочной свойства.

Приведенные примеры взяты из смешного и катастрофического, условного и бытового искусства и, как кажется, позволяют прийти к ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики выводу, что установление норм и выпадение из их, автоматизация и деавтоматизация составляют одну из глубинных закономерностей художественного текста. С особой силой это проявляется в синематографе.

Соположение разнородных частей - обширно используемое в искусстве средство ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Установка - личный его случай - может быть определен как соположение разнородных частей киноязыка. Некие художественные стили нацелены на острую конфликтность сталкиваемых частей (так появляются метафорические Стили в житейском повествовании либо резкая противопоставленность персонажей на ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики сюжетном уровне). Но какой бы мы стиль ни выбрали - поражающий контрастами либо производящий воспоминание глубочайшей гармонии - в базе его механизма можно вскрыть соположение и противопоставленность частей, ту внутреннюю неожиданность . конструкции ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, без которой текст был бы лишен художественной инфы. Потому установка как факт киноязыка присущ и тому синематографу, в каком он обнаженно лежит на поверхности и за которым закрепилось наименование "монтажного", и тому, в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики каком А. Базен не усматривает монтажа. Киноязык строится как механизм "рассказывания историй с помощью демон-страции передвигающихся картин" – он по природе повествователен. Но меж киноповествованием и монтажом оказывается глубочайшая внутренняя связь ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики.

Сравнение частей может быть 2-ух родов: 1. Оба сопоставляемых элемента на семантическом либо логическом уровнях отождествляются, про их можно сказать: "Это одно и то же". Но представляя один и тот же денотат (объект, явление, вещь ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики из мира внетекстовой реальности), они дают его в разных модусах; 2. Оба сопоставляемых элемента представляют разные денотаты в схожих модусах. Применительно к фактам языка, этой систематизации будут соответствовать повторы одной и той же лексемы ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики (слова) в разных грамматических категориях и повторы одной и той же грамматической категории в различных словах. Если представить большими знаками семантическое значение знака (его отношение к объекту), а строчными - грамматическое ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики {его отношение к другим знакам), то мы получим последующие схемы:

 

Аа Аа

Ав Ва

Ас Са

 

В первом случае, применительно к кинематографии, мы можем гласить о едином объекте фотографирования и смене места в кадре, освещения, ракурса либо ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики плана, во 2-м - об схожем месте, ракурсе, плане либо освещении разных объектов. Примером Первого будут кадры NoNo 284-287, 291-292 в "Броненосце Потемкине" ("пушки"), второго - NoNo 215, 218,219 там же (студент, казак, учительница).

Но ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики художественный повтор отличается от нехудожественного тем, что отождествление либо противопоставление дается тут ценой некого - время от времени очень значимого - усилия, в том числе и чувственного.

Глубины смысла открываются в итоге перестройки представлений ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики - однообразное оказывается разным и напротив. Не считая того, формальное и содержательное (модус и объект), настолько верно разделяемые в логике, в художественном тексте сразу делятся и изменяются местами. Так, рот, открытый в клике, сам по для ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики себя, не модус, а объект. Но при сравнении этих 3-х кадров он выступает как грамматический элемент, типа формального согласования однородных членов во фразе.

Примером структурного конфликта, который характерен для ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики художественного повтора и делает его диалектически-сложным явлением, семантически существенно более вместительным, чем нехудожественный, могут быть именитые кадры "пробуждающегося льва" из "Броненосца Потемкина".

Каменный, лев приподымается, как живой. Неожиданность этого движения и, как следует, его ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики высочайшая значимость, связана с тем, что фото не скрадывает, а подчеркивает его "мраморность", статуарность. Динамизм изображения вступает в конфликт со статикой объекта. Но эффект этот достигается и другими средствами ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики: зная, что пред нами скульптура, мы не можем колебаться, что кадры дают три разных объекта, сопоставленных по неким модусам (логическому - вхождению объекта в класс: скульптуры львов - и зрительным: свету, единой траектории перемещения плана ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики и др.). Если же это живой лев, то сфотографироран один объект с несовпадающими модусами (движение). То, что мы лицезреем сразу две разные вещи, при этом функция объекта и модуса изменяются, делает то семантико-эмоциональное ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики напряжение, которое вызывает этот кусочек ленты.

Выделяя в предстоящем на кадре категории объекта и модуса, мы будем всегда подразумевать их относительность, тенденцию к взаимопереходу в художественном тексте.

Разглядим поначалу ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики одну единичную фотографию. В ленте ей будет соответствовать отдельный "кадрик". Уже тут мы сталкиваемся с определенной композицией. Объекты соотносятся вместе, образуя некое важное отношение, семантика которого не сводится к механической сумме значений отдельных объектов ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Конкретно в этом смысле Эйзенштейн гласил о композиции кадра как о монтаже. В большинстве случаев мы будем иметь дело с разными объектами, сопоставлянными по модусу, что делает конкретно его активным носителем ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики значений. Так, в неких полотнах освещение делается более весомым элементом, чем изображение предметов. Выделяя модусы, связывающие фигуры и вещи снутри кадрика либо противопоставляющие их, мы можем получить характеристику более нагруженных значением частей ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики текста.

Но на этом уровне мы еще будем иметь дело с этим же механизмом, что и в живописи либо графике. Фактически синематографический эффект появляется только с того момента, когда один кадрик ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики сопоставляется с другим, другими словами на дисплее появляется рассказ. Рассказ может показаться в итоге сравнения цепочки кадриков, фотографирующих разные объекты, и из цепочки, в какой один объект меняет модусы. Если учитывать, что резкая смена плана ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики приводит к тому, что на дисплее оказывается не предмет, а его часть, (а это, практически, воспринимается как смена объекта), то можно сказать, что 1-ый случай будет представлять на дисплее смену кадров ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, а 2-ой - движение изображения снутри кадра. Монтажный эффект появляется в обоих случаях. Образование новых значений и на базе монтажа 2-ух разных изображений на дисплее, и в итоге смены различных состояний ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики 1-го изображения представляет собой не статическое сообщение, а динамический нарративный (повествовательный) текст, который, когда он осуществляется средствами изображений, видимых иконических символов, составляет суть кино.

В этом смысле противопоставление А. Базена должно получить другой ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики смысл - оно показывает на полностью реальный факт истории синематографа, если имеет в виду ориентацию тех либо других художественных течений на воссоздание "живой жизни" либо конструирование художественных концепций, на установка кусков ленты либо съемку ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики "огромным кусочком" с ориентацией на актерскую игру. Но считать, что желание уклониться от режиссерского вмешательства представляет достижимую, при этом настолько ординарными средствами, как декларация отказа от монтажа, цель, - естественно, означает так же ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики упрощать вопрос, как и считать, что, ликвидируя клейку, мы уничтожаем принцип монтажа.

Склейка кусков ленты и интеграция их в высшее смысловое целое - более очевидный и открытый вид монтажа. Конкретно он привел к ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики тому, что установка был осознан художественно и на теоретическом уровне осмыслен. Но сокрытые формы монтажа, при которых хоть какое изображение сопоставляется с следующим во времени и это сравнение порождает некий 3-ий ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики смысл, - явление более важное в истории кино.

Наблюдение Базена касается не только лишь реального, да и очень существенного факта из истории кино. Но при осмыслении его нужно подразумевать последующее: то, что А. Базен представляет ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики как две извечно обратные и отдельные тенденции в конструировании кинофильма, любая из которых имманентно замкнута внутри себя, по сути – два противопоставленных и антагонистических рычага одного механизма. Они работают только во ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики обоюдной борьбе и, как следует, нуждаются друг в друге. Победа хоть какой из этих тенденций, трактуемая как исчезновение другой, означала бы не торжество, а ликвидирование фаворита. История кино с его повторяющейся ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики сменой ориенированности на "конструкцию" либо на "фотографию жизни" - убедительное тому подтверждение. В определенной идеологической и эстетической борьбе вокруг искусства та либо другая концепция может связываться с определенными философскими либо идейными мнениями. Но ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики по собственной природе она не исчерпывается этой связью.

Так, в литературе ориентированность той либо другой идеологической либо художественной концепции на стихи либо прозу не исключает того, что сами по для себя поэзия и проза - формы ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики жизни литературы и применимы для выражения самых различных идеологических концепций.

Синематограф для того, чтоб понять себя как искусство, был должен начать с более обнаженно условных форм киноязыка, самый перевод ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики на который явлений жизни казался эстетическим открытием. Утрировка условности составляла неминуемую черту синематографа, стремившегося оторваться от фото-графии. Если разделять, как это делает Базен, синематограф на "условный" и "реальный" и связывать конкретно с монтажом ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики границу меж ними, то улизнет из внимания другой нюанс: в синематографе 1920-х годов то направление, которое избегало острых монтажных решений и тяготело к "огромным кусочкам" ленты, отличалось резкой условностью актерской игры ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Монтажный же синематограф тяготел к подбору типажей и, ориентируясь на хронику, стремился сблизить поведение актера на дисплее и в жизни. Таким макаром, любой из отмеченных Базеном видов синематографа имел собственный тип ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики условности, и современный синематограф не есть автоматическое продолжение одной из тенденций, а непростой их синтез. Не автоматическое отсечение какой-нибудь из 2-ух противонаправленных составляющих, а диалектическое их противоречие обуславливает эффективность механизма киновоздействия.

Показательно ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, что, когда и установка, и актерская игра достигнули тех вершин жизнеподобия, которые характерны периоду после 2-ой мировой войны, сразу появилась потребность в существенно более сложных и совершенных формах условности, самая суть которых ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики была бы связана с достижением реализма в кино.

Когда в целом ряде кинофильмов мы сталкиваемся с упрямой тенденцией вынести на экран съемку кинофильма, пред нами - рвение более правдоподобное и жизнеподобное представить как сыгранное. Мы ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики усвоим, что дело тут в чем либо более глубочайшем, чем мода и рвение к эффектам, если вспомним об подобных тенденциях в более реалистической живописи. Приведем в качестве примера один из шедевров Веласкеса ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики "Фрейлины".

Центральную часть полотна занимает с большой силой реализма написанная группа играющих девченок в придворных костюмчиках, придворных, карликов, собак (сначало картина называлась "Семейство короля Филиппа IV"). Но в левом углу размещен ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики живописец, пишущий картину. Перед ним полотно, которое мы лицезреем с обратной стороны. Но ведь живописец на картине - сам Веласкес. Таким макаром, то, что мы лицезреем впереди себя - картина Веласкеса - показана нам в ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики углу самой для себя с обратной стороны.

Включение в полотно художника, внесение рисуемой им картины в срисовываемую реальность - такое же соединение максимально реального изображения с подчеркиванием, что это конкретно изображение, другими словами условность ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, как и в "Восемь с половиной" либо "Все на продажу".

В конце концов, в глубине полотна мы лицезреем стенку, увешанную картинами, добавляющими к реальному месту комнаты, переданному средствами живописи ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики, условное место живописи, переданное средствами живописи же. И, в конце концов, в глубине картины - зеркало, в каком отражается то, что лицезреет живописец и что изображено на сокрытой от нас поверхности его картины ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Для нас, в этом случае, увлекательна не смелость, с которой Веласкес разрывает плоское место полотна, а рвение поменять субъект и объект местами, создав картину о картине23[8].

Аналогичным примером в реалистической прозе может быть "Рассказ об ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МОНТАЖ - Ю. М. Лотман Семиотика кино и проблемы киноэстетики одном романе" М. Горьковатого (1924 год) с демонстративным смешением "героев из жизни" и "из романа" в едином условном сюжете.

 



glava-shestaya-mehanizmi-funkcionirovaniya-i-proyavleniya-etnopsihologicheskih-fenomenov.html
glava-shestaya-mozhem-li-mi-sdelat-eto.html
glava-shestaya-nevil-isdell-devid-bizli-vnutri-coca-cola-istoriya-brenda-1-glazami-legendarnogo-ceo.html