Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность

Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность

В один прекрасный момент Институт технологии Карнеги предложил 100 видным

предпринимателям испытания для проверки степени их интеллектуальности. Испытания

напоминали те, которые использовались в армии во время войны.

Приобретенные результаты дали основание Институту заявить, что личность

более принципиальна для заслуги фуррора в делах, чем высочайший ум.

Это очень принципиальное утверждение, очень принципиальное для предпринимателя, очень

принципиальное Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность для работника в области образования, очень принципиальное для человека

свободной профессии, очень принципиальное для оратора.

Личность, если не считать подготовки к выступлению, пожалуй,

является более принципиальным фактором в общественных выступлениях. Элберт

Хаббард произнес: "В сладкоречии принципиальна манера речи, а не слова". Точнее

было бы сказать, что манера плюс идеи. Но личность - это Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность нечто

расплывчатое и неуловимое, не поддающееся анализу, как запах фиалки. В

ней смешивается все, что есть в человеке физического, духовного,

интеллектуального, психического, предпочтений, склонностей, характера,

склада мозга, энергии, опыта, образования, всей его жизни. Личность настолько

же сложна, как и эйнштейновская теория относительности, и ее понимают

практически настолько же не много.

Личность детерминируется наследственностью и окружающей Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность средой, и

ее очень тяжело поменять либо сделать лучше. Все же, если

приложить усилия, мы могли бы укрепить ее до определенной степени и

сделать более сильной, более симпатичной. Во всяком случае, мы

можем пробовать достигнуть максимума от того необычного явления,

именуемого личностью, которое отдала нам природа. Этот вопрос

только важен для каждого из нас Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность. Хотя способности для

усовершенствования личности и ограничены, они довольно значительны, чтоб

их можно было обсудить и изучить.

Если вы желаете достигнуть максимума от собственной особенности, то

вы должны выступать перед своими слушателями отдохнувшим. Вялый

оратор не обладает никакими магнетическими, привлекающими качествами.

Не совершайте очень всераспространенной ошибки, которая заключается в том,

что оратор откладывает Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность подготовку к выступлению и разработку плана до

самого последнего момента, а потом начинает работать в неописуемо

резвом темпе, пытаясь нагнать упущенное время. Если вы так

поступите, то в вашем организме наверное сконцентрируется огромное количество

вредных веществ, мозг утомится, и это приведет к очень противным

затяжкам в речи, будет тормозить вас, истощать вашу актуальную Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность силу,

ослабляя и мозг, и нервную систему.

Если вам предстоит выступить с принципиальным сообщением на заседании

комитета в четыре часа денька, то вам следует немного перекусить, если это

может быть, и отдохнуть. Физический, интеллектуальный отдых и расслабление

нервишек - вот что вам необходимо. Именитая певица Джералдин Фаррат нередко

поражала собственных новых знакомых тем, что Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность рано прощалась и уходила,

оставляя их до конца вечера беседовать с ее супругом. Ей были известны

требования ее искусства. Мадам Нордика гласила, что быть примадонной -

означает пожертвовать всем, что даме нравится: публичной

деятельностью, друзьями, соблазнительными кушаньями.

Когда вам необходимо выступить с принципиальным сообщением, остерегайтесь

чувства голода. Ешьте равномерно, как святой. В воскресенье Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность по вечерам

Генри Уорд Бичер обычно съедал крекеры с молоком в 5 часов и после

этого больше ничего не ел.

"Когда я пою вечерком, - гласила мадам Мельба, - то я не обедаю, а

съедаю очень легкую закуску в 5 часов. Закуска состоит из рыбы,

цыпленка либо "сладкого мяса" (1) с печеным яблоком, после этого я

выпиваю стакан воды Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность. Я всегда испытываю сильное чувство голода перед

ужином, когда возвращаюсь домой после оперы либо концерта".

Я никогда не подозревал, как мудро поступали Мельба и Бичер, до

того времени, пока я сам не стал проф оратором и не попробовал

произносить двухчасовую речь каждый вечер после плотной пищи. Опыт

показал мне, что я не Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность могу поначалу услаждаться филе из "морского

языка", потом бифштексом с жареным картофелем по-французски, салатом,

овощами, также десертом, а после чего, спустя час, удачно выступать

перед слушателями. Та кровь, которая должна была циркулировать в моем

мозгу, спустилась вниз, в мой желудок, где начала борьбу с бифштексом и

картофелем. Падеревский был прав: он гласил Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, что когда он ел то, что

хотелось, перед концертом, то находящийся в нем зверек захватывал его

всего, включая кончики пальцев, делая его игру скучноватой и

невыразительной.

Почему у 1-го оратора выходит лучше,

чем у другого

Не делайте ничего, что могло бы понизить вашу энергию. Она обладает

магнетическими качествами. Актуальная сила, живость и Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность интерес являются

более необходимыми из числа тех свойств, которые я сначала стремился

привить ораторам и педагогам в области общественных выступлений. Люди

сходу окружают энергичного оратора, представляющего собою вроде бы

генератор энергии, подобно тому как одичавшие гуси собираются вокруг поля с

озимой пшеницей.

Я нередко лицезрел, как это правило подтверждается на примере ораторов,

выступающих на открытом Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность воздухе в Гайд-парке в Лондоне. Площадка около

Мраморной арки является местом встречи самых различных ораторов. В

хоть какое воскресенье во 2-ой половине денька можно придти и слушать

разъяснение церковной доктрины непогрешимости папы римского, услышать

социалиста, пропагандирующего экономическую теорию Карла Маркса,

какого-либо индийца, разъясняющего, почему мусульманин прав, имея

2-ух жен, и т.д. Вокруг Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность 1-го оратора стоят сотки слушателей, в то

время как около другого - только маленькая кучка людей. Почему? Всегда ли

-----------------------------------------------------------------------

(1) "Сладкое мясо" - зобная и поджелудочная железы. - Прим.ред.

тема выступления может служить достаточным разъяснением различной

привлекательной силы различных ораторов? Нет. Почти всегда это

находится в зависимости от самого оратора: он более заинтересован и, как следует,

более Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность увлекателен. Он гласит более энергично и чувственно. Он испускает

актуальную силу и одушевление. Такие ораторы всегда завлекают

внимание.

Какое воздействие на вас оказывает одежка

Президент института и спец по психологии разослали

вопросник большой группе людей. Там задавался вопрос о том, какое

воздействие на их оказывает одежка. Они единогласно ответили, что когда Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность они

отлично смотрятся и безупречно одеты, то сознание этого, идея об

этом оказывает на их воздействие, которое, хотя это и тяжело

разъяснить, является полностью определенным и реальным. Оно вселяет в их

больше убежденности, больше веры в собственные силы и увеличивает почтение

к самим для себя. Они поведали, что когда они отлично выглядели, то им

легче было Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность удачно решать препядствия и добиваться фуррора. Таково воздействие

одежки на тех, кто ее носит.

Какое воздействие оказывает одежка на аудиторию? Я много раз

замечал, что если оратор - мужик в мешковатых штанах, аморфном

пиджаке, нечищенной обуви, из нагрудного кармашка пиджака торчат

авторучка и карандаши, а из других кармашков видна газета, они

оттопыриваются от трубки и Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность коробки с табаком, либо если оратор - дама

с безвкусной переполненной кое-чем сумкой и из-под ее юбки показывается

композиция, - то, как я лицезрел, слушатели испытывают настолько же маленькое

почтение к такому оратору, как он к себе. Может быть, они

подразумевают, что разум оратора настолько же неряшлив, как и его прическа, так

же не Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность блещет, как и его нечищенная обувь.

Когда генерал Ли прибыл в здание суда в Аппоматоксе, чтоб

объявить о капитуляции собственной армии, он был безупречно одет в новый

мундир, а на боку у него висела только ценная шпага. Грант же

был без мундира и шпаги, в солдатской рубахе и штанах. В собственных

воспоминаниях он писал: "Наверняка Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, я очень удивительно смотрелся рядом с

человеком 6 футов ростом в безупречном мундире и настолько

кропотливо одетым". То событие, что Грант не оделся

подходящим образом для такового исторического варианта, являлось для

него предметом огорчения в течение всей жизни.

Министерство сельского хозяйства в Вашингтоне имеет несколько

сотен ульев на экспериментальной ферме. В каждый улей встроено

огромное увеличительное Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность стекло, и внутренность улья может быть освещена

броским электронным светом с помощью нажатия кнопки. Так что в хоть какой

момент, деньком либо ночкой, этих пчел можно разглядеть самым детализированным

образом. Так же и оратор - он вроде бы находится под увеличительным

стеклом, он освещен прожекторами, и все взгляды обращены на него.

Мельчайшее несоответствие в Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность его наружном виде так же оказывается на виду,

как пик Пайка посреди равнин.

"Еще до того, как мы начали гласить,

нас порицают либо одобряют"

Пару лет вспять я писал для журнальчика "Америкен мэгэзин" рассказ

о жизни 1-го нью-йоркского банкира. Я попросил 1-го из его друзей

разъяснить мне причину его фурроров Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность. Тот ответил, что немаловажную роль в

этом сыграла его привлекательная ухмылка. Сначала такое заявление может

показаться преувеличением, но я верю в то, что так оно и было. Другие

люди, 10-ки других людей, целые сотки людей, может быть, обладали более

значимым опытом и настолько же неплохими познаниями в области денег.

Но у него имелось Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность дополнительное преимущество, которым они не

обладали, - он был более приятным человеком, и одной из сильных его

черт была теплая, приветливая ухмылка, которая немедля завоевывала

доверие собеседника и обеспечивала не плохое отношение к ее владельцу.

Нам всегда охото, чтоб таковой человек достигнул фуррора, и нам

доставляет настоящее наслаждение оказывать ему содействие.

Китайская пословица говорит Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность: "Тот, кто не умеет улыбаться, не

должен заниматься торговлей". А разве ухмылка не настолько же мила

аудитории, сколь покупателю в магазине? Я вспоминаю об одном слушателе,

который посещал курсы обучения общественному выступлению при Бруклинской

торговой палате. Когда он выходил к слушателям, было видно, что ему

нравится быть перед ними, что занятие Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, которое ему предстоит, ему

нравится. Он всегда улыбался и вел себя так, будто бы был очень рад

созидать нас, и потому немедля и безизбежно его слушатели начинали

испытывать по отношению к нему теплое чувство.

Но мне приходилось созидать ораторов, которые выходили на

трибуну с прохладным и халатным видом, будто бы им престояло решить

неприятную задачку, и Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность которые, казалось, готовы были благодарить бога,

когда выступление будет завершено. Скоро мы, слушатели, начинали

испытывать такое же чувство, так как схожее настроение является

заразным.

"Схожее рождает схожее", - замечает доктор Оверстрит в

собственной работе "Воздействие на человеческое поведение". "Если мы

заинтересованы в наших слушателях, другими словами основания считать, что они

также заинтересуются нами. Если Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность мы сурово смотрим на наших слушателей,

другими словами все основания полагать, что они также будут сурово

глядеть на нас либо сердиться, не проявляя это снаружи. Если мы будем

вести себя неуверенно либо очень суетливо, то они, возможно, не будут

ощущать к нам доверия. Если мы наглы либо хвастливы, то в Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность ответ

на это они проявят свою самовлюбленность. Очень нередко еще до

того, как мы начали гласить, нас порицают либо одобряют. Потому есть

все основания быть уверенными в том, что мы ведем себя таким макаром,

чтоб вызвать положительную реакцию".

Соберите слушателей вкупе

Мне нередко приходилось выступать как деньком перед маленьким числом

слушателей, разбросанных в большенном зале Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, так и в вечернее время перед

многими слушателями, наполнявшими то же помещение. Вечерняя аудитория

от всего сердца смеялась над тем, что чуть вызывало ухмылку на лицах у дневной

группы слушателей; вечерняя аудитория нередко рукоплескала в тех местах,

по поводу которых дневные слушатели не выказывали совсем никаких

чувств. Почему?

Сначала поэтому, что старые дамы Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность и детки, которые обычно

приходят в дневное время, не могут настолько же бурно проявлять свои

чувства, как более энергичные и поболее вкусившие вкус слушатели, которые

приходят вечерком. Но это только частичное разъяснение.

Дело в том, что аудиторию нелегко расшевелить, если она разбросана

по залу. Ничто так не гасит интерес, как пространное помещение Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность и пустые

кресла в зале.

Генри Уорд Бичер произнес в собственных йельских лекциях о том, как читать

проповеди: "Люди нередко молвят: разве вам не кажется, что существенно

увлекательнее выступать перед большой аудиторией, чем перед малеханькой? Я

отвечаю, что нет; я могу так же отлично гласить перед двенадцатью

слушателями, как и перед тысячью, если только эти Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность двенадцать стоят

вокруг меня и и близко друг к другу, так, что могут коснуться друг

друга. Но даже тыща зрителей, если расстояние меж ними составляет

четыре фута, будет смотреться так же, как пустой зал... Сосоредоточьте

собственных слушателей, и вы можете уверить их, приложив минимум усилий".

Человек, находящийся в большой вудитории, может потерять свою

особенность. Он становится Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность частью толпы, и в данном случае на него

существенно легче повлиять, чем если б он был отдельным

индивидом. Он будет смеяться и рукоплескать по поводу таких вещей,

которые его совсем не тронули бы, если б он был только одним из

полудюжины людей, слушающих оратора.

Еще легче вынудить людей действовать в качестве одного

целого Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, чем персонально. Люди, идущие в бой, к примеру, непременно

стремятся выполнить самые небезопасные и невразумительные задачки, потому что они

желают быть совместно. Во время последней войны германские бойцы время от времени шли

в бой, держа друг дружку за руки.

Толпы! Толпы! Толпы! Они представляют собой любознательное явление.

все величавые народные движения Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность и реформы осуществлялись с помощью

психологии толпы. Эверет Дин Мартин написал на данную тему увлекательную

книжку "Поведение толпы".

Если мы собираемся выступать перед маленький группой слушателей,

то мы должны избрать маленькое помещение. Лучше поставить плотно стулья

в маленьком помещении, чем рассадить слушателей в большенном зале.

Если ваши слушатели разбросаны в зале Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, то попросите их перейти

вперед и сесть к вам ближе. Добейтесь этого до этого, чем начнете

выступление.

Поднимайтесь на трибуну исключительно в том случае, если аудитория

достаточно велика, и в связи с этим появляется действительная

необходимость стоять на возвышении. Находитесь на этом же уровне со собственной

аудиторией. Стойте рядом со своими слушателями. Постарайтесь избежать

какой Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность бы то ни было формальной атмосферы. Установите теплый контакт и

превратите ваше выступление в беседу.

Майор Понд разбивал окна

Смотрите за тем, чтоб воздух в зале был свежайшим. В процессе

общественного выступления кислород так же важен, как горло, глотка и

надгортанник. Все сладкоречие Цицерона, вся миловидность дамского

ансамбля "Роккетс" из мюзик-холла навряд Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность ли смогли бы держать аудиторию в

напряжении, если б в помещении был затхлый воздух. Потому кгода мне в

числе других ораторов приходится выступать перед слушателями, то практически

всегда до выступления я прошу их встать и отдохнуть минутки

две, а в это время открыть окна.

В течение 14-ти лет майор Джеймс Б. Понд путешествовал по

всей местности Соединенных Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность Штатов и Канады в качестве импресарио Генри

Уорда Бичера, когда этот именитый бруклинский проповедник был на

верхушке собственной славы как пользующийся популярностью лектор. Еще до тотго, как слушатели

собирались, Понд всегда приходил в этот зал, церковь либо театр, где

был должен выступать Бичер, и кропотливо инспектировал освещение, кресла,

температуру и Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность вентиляцию. Понд был исступленным и шумливым старенькым

армейским офицером и обожал использовать свою власть. Потому если в

зале было очень тепло либо был спертый воздух и он не мог открыть

окна, то он швырял в окна книжки, разбивая и дробя стекло. Сперджен

считал, что "проповеднику нужен кислород практически так же, как

благословение божье".

Да будет свет Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, освещающий ваше лицо

Если вы только не занимаетесь демонстрацией спиритизма, то, ели

это может быть, наполните зал светом. Легле приручить перепела, чем

вызвать интерес в полутемном помещении, которое имеет настолько же

сумрачный вид, как внутренность термоса.

Прочтите статьи Дэвида Беласко о режиссуре на сцене, и вы узнаете

о том, что обыденный оратор не имеет Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность ни мельчайшего представления об

только принципиальном значении правильного освещения.

Пусть свет лупит вам в лицо. Люди желают созидать вас. Мельчайшие

конфигурации, которые могут появиться в чертах вашего лица, являются

частью, и очень принципиальной частью, процесса самовыражения. Время от времени они

значат больше, чем ваши слова. Если вы стоите прямо под лампой Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, то ваше

лицо может быть затемнено тенью, если же вы стоите прямо перед

осветительным прибором, то ваше лицо будет светиться. Потому не разумнее

ли, до того как вы начнете свое выступление, избрать такое место,

которое будет более выигрышным в отношении освещенности?

Ничего излишнего на сцене

При выступлении не садитесь за стол. Люди желают созидать вас во Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность весь

рост. Они даже будут растягивать шейки, чтоб узреть вас стопроцентно.

Какая-нибудь хорошая душа наверное поставит стол, на котором будут

графин и стакан. Но если вы почувствуете сухость в горле, то

щепотка соли либо кусок лимона приведут к тому, что слюна начнет

выделяться с силой Ниагарского водопада.

Вам не Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность необходимы ни вода, ни графин. Вам совсем не необходимы и другие

никчемные предметы, которые обычно загромождают возвышение, с

которого выступает лектор.

Салоны разных авто компаний на Бродвее очень красивы,

отлично скомпонованы и голубят глаз. Магазины больших парфюмерных и

ювелирных компаний в Париже оформлены шикарно и с художественным вкусом.

Почему? Так как это Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность обеспечивает доходный бизнес. У человека

появляется больше почтения, доверия к фирме, когда он лицезреет схожее

оформление.

По этой же причине оратор должен выступать на приятном фоне.

По-моему, безупречным вариантом было бы полное отсутствие мебели. Сзади

выступающего не должно быть ничего, привлекающего внимание. Ничего не

должно быть и по краям. Рекомендуется занавес из синего бархата.

А Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность что все-таки обычно бывает сзади лектора? Географические карты,

диаграммы и таблицы, а время от времени огромное количество пыльных стульев, при этом

некие из их перевернуты и поставлены друг на друга. Что все-таки

выходит? Доступная, неопрятная, хаотичная обстановка. Так что все

это следует убрать.

Генри Уорд Бичер гласил: "Важнейшим Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность в общественном выступлении

является человек". Потому пусть выступающий будет виден, как

заснеженная верхушка Юнгфрау, возвышающаяся на фоне голубого неба

Швейцарии.

Никаких гостей на сцене

В один прекрасный момент я находился в Лондоне (провинция Онтарио), когда там

выступал премьер-министр Канады. Вдруг уборщик, вооруженный длинноватым

шестом, начал проветривать помещение, переходя от 1-го окна к

другому. Что все-таки вышло Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность? Слушатели практически все до 1-го в течение

некого времени игнорировали выступавшего и пристально смотрели на

уборщика, будто бы он совершал какое-то волшебство.

Слушатели не могут либо, что одно и то же, не станут биться с

соблазном посмотреть на двигающиеся предметы. Если выступающий будет

держать в голове эту правду, он может освободить Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность себя от неких проблем и

ненадобной досады.

Во-1-х, он может воздержаться от того, чтоб крутить пальцы,

поправлять одежку и проделывать другие нервозные движения, которые

будут отвлекать от его выступления. Я помню, как слушатели в одном из

залов Нью-Йорка наблюдали за руками известного оратора в течение получаса

в то время Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, когда он гласил, похлопывая крышкой кафедры.

Во-2-х, оратор, если это может быть, должен усадить собственных

слушателей таким макаром, чтоб они не лицезрели входящих в зал с

запозданием и тем не отвлекались.

В-3-х, совместно с ним на сцене не должно быть никого. Несколько

годов назад Реймонд Робинс прочитал целую серию лекций Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность в Бруклине. Совместно с

другими я был приглашен на сцену. Я отклонил это приглашение, считая,

что это было бы несправедливо по отношению к оратору. Я направил

внимание в 1-ый вечер, что многие из сидевших на сцене приглашенных

всегда ерзали, клали ногу на ногу и т.д., и всякий раз, когда

кто-либо из Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность приглашенных начинал двигаться, аудитория переводила собственный

взор с оратора на этого гостя. Я поведал об этому Робинсу, и в

следующие вечера он уже был на сцене один.

Дэвид Беласко не разрешал ставить на сцену красноватые цветочки, потому что

они завлекают очень много внимания. Тогда почему оратор должен

позволять какому-нибудь неспокойному человеку посиживать Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность лицом к

слушателям, когда он сам гласит? Он не должен этого допускать, а если

он умен, то он этого и не допустит.

Искусство садиться

Рекомендуется, чтоб оратор не посиживал лицом к слушателям до того,

как начнет выступать. Разве не лучше показаться перед очами слушателей

в качестве нового экспоната, а не старенького?

Но если нам нужно сесть Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, то мы должны знать, как это сделать.

Вам приходилось созидать людей, которые глядят по сторонам в поисках

стула, сопровождая это движениями, напоминающими английскую гончую,

укладывающуюся спать. Они крутятся вокруг, а когда обнаруживают в конце концов

стул, то скручиваются и проваливаются в него, как будто мешок с песком.

Человек Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, понимающий, как надо садиться, поворачивается спиной к

стулу, нащупывает его ногами и непосредственно, выпрямив тело от головы

до бедер, плавненько опускается на стул, кропотливо контролируя движение

собственного тела.

Уравновешенность

Мы только-только рекомендовали не теребить одежку либо ювелирные

декорации, потому что это отвлекает внимание слушателя. Но имеется и

еще одна причина. Такое поведение делает воспоминание о Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность вашей беспомощности

и об отсутствии у вас самоконтроля. Каждое движение, которое не

добавляет ничего к вашей наружности, только усугубляет воспоминание о вас.

Нейтральных движений не существует. Совсем. Потому стойте расслабленно

и контролируйте свое физическое состояние. Это создаст воспоминание о

вашей психологической и физической уравновешенности.

После того как вы появились перед слушателями, не торопитесь Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность начать

гласить, ибо это характерно дилетанту. Сделайте глубочайший вдох.

Окиньте взором ваших слушателей и, если кое-где слышен шум, сделайте

паузу до того времени, пока он не закончится.

Напружиньте грудь, хотя это можно делать и до того, как вы выйдете

к слушателям. Почему бы не делать этого раз в день, находясь в

одиночестве? Тогда вы Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность будете безотчетно делать это и перед

слушателями.

"Даже один человек из 10, - пишет Лютер Х. Галик в собственной книжке

"Действенная жизнь", - не производит внутри себя таковой осанки, которая

дает ему возможность смотреться лучшим образом... Прижимайте шейку к

воротничку". Вот какое каждодневное упражнение он советует: "Вдохните

медлительно и глубоко, как может быть. В тот же момент Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность прижмите шейку

к воротничку и держите ее так. Это упражнение, даже выполненное с

силой, не принесет вам вреда. Цель его заключается в том, чтоб распрямить

ту часть спины, которая размещена конкретно меж пелчами. Это

прирастит объем вашей грудной клеточки".

А что вы должны делать с руками? Забудьте о их. Если они Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность будут

естественно свисать по краям, это будет совершенно. Если они кажутся вам

гроздью бананов, не воображайте, что кто-нибудь направляет на их хоть

мельчайшее внимание либо проявляет к ним некий энтузиазм.

Они будут смотреться идеальнее всего, если будут расслабленно висеть у

вас по краям. В данном случае они будут завлекать минимум внимания, и

даже самый Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность критически настроенный человек не сумеет критиковать такое

их положение. Не считая того, ими можно будет свободно и беспрепятственно,

также естественно двигать, сопровождая свою речь если в этом

возникнет необходимость.

Представьте для себя, но, что вы очень взволнованны и полагаете,

что, если вы заложите руки за спину, засунете их в кармашек Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность либо положите

на трибуну, это поможет вам убрать смущение. Что вы должны делать в

этом случае? Воспользуйтесь здравым смыслом. Мне приходилось слышать

целый ряд выдающихся ораторов этого поколения. Многие из их, а может

быть даже большая часть, во время выступления время от времени клали руки в

кармашки. Так делали Брайан, Чонси М. Депью, Тедди Рузвельт Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность. Даже таковой

утонченный денди, как Дизраэли, многда не мог преодолеть этого

соблазна. Но, если память мне не изменяет, небо не падало на землю

и, согласно сводкам погоды, солнце на последующее утро восходило впору.

Если человеку есть что сказать и если он гласит это с заразной

уверительностью, то, непременно, не будет иметь Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность огромного значения, что

он в этот момент делает со своими руками либо ногами. Если голова его

полна мыслях, а сердечко - волнения, то эти второстепенные детали в

основном не играют большой роли. В конце концов, более принципиальным при

общественных выступлениях является психический нюанс, а не положение

рук и ног.

Несуразные ужимки не могут поменять естественный жест

Это Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность подводит нас полностью естественно к дилемме жеста, которым

очень злоупотребляют. 1-ый урок в области общественных выступлений отдал

мне президент 1-го института на Среднем Западе. Как я помню,

этот урок приемущественно касался жестикуляции и был не только лишь

никчемным, да и очевидно вредным. Меня учили, что рука должна висеть

свободно с боковой стороны Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, ладонью вовнутрь, что пальцы должны быть наполовину

сжаты, а большой палец касаться ноги. Меня учили, как подымать руку,

описывая роскошную кривую, делать традиционный взмах кистью рук,

разгибать поначалу указательный палец, потом средний, а позже мизинец.

Когда это эстетическое и декоративное движение выполнено, рука должна

сделать ту же роскошную и ненатуральную кривую, чтоб опять оказаться

с Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность боковой стороны ноги. Все это было топорным и аффектированным, и тут не было

ничего разумного либо искреннего. Меня учили поступать так, как нигде и

никогда не поступал ни один человек в здравом уме.

Не предпринималось совсем никаких попыток, чтоб вложить в

движения мою свою особенность. Никто не пробовал подстегнуть

меня Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, чтоб я ощутил желание жестикулировать; не было пробы

сделать этот процесс более актуальным, естественным и неминуемым. Никто

не вдохновлял меня к тому, чтоб ощущать себя раскованно,

непосредственно, чтоб разбить скорлупу моей застенчивости и гласить и

действовать, как надо человеку. Весь этот огорчительный процесс был

таким же механическим, как пишущая машинка, таким же мертвенным, как

прошлогоднее Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность птичье гнездо, таким же несуразным, как выступления Панча и

Джуди.

Кажется неописуемым, что схожим абсурдным ужимкам учили в XX

веке. Все же только пару лет вспять была размещена книжка о

жестах - целая книжка, которая пробует сделать из людей автоматы и

учит, какими жестами воспользоваться, произнося ту либо иную фразу, какой

жест делать одной рукою Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, а какой 2-мя, в каких случаях подымать руку

повыше, в каких держать в среднем положении, а в каких пониже, как

держать этот палец и как держать тот. Я лицезрел, как сразу

20 человек стояли перед классом. Они все читали один и тот же

витиеватый ораторский текст из таковой книжки, и они все проделывали Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность в

одних и тех же местах текста полностью одни и те же жесты, и они все

выглядели идиентично несуразными. Вся эта искусственная, убивающая время,

механическая и вредная система подорвала репутацию жестов в очах

многих людей. Декан 1-го большого института в Массачусетсе произнес

не так давно, что в его учебном заведении нет курса по общественным

выступлениям, потому что Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность он никогда не лицезрел вправду практического

курса, который мог бы обучить выступать уместно. Я вполне делю

точку зрения этого декана.

Девять 10-х писаний, посвященных жестам, никчемны и даже ужаснее

того - представляют собой трату неплохой белоснежной бумаги и неплохой темной

типографской краски. Хоть какой жест, взятый из книжки, очень

возможно, будет иметь Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность тот же эффект. Жесты должны исходить из вашего

естества, из вашего сердца, разума, энтузиазма к затрагиваемому предмету, из

вашего рвения вынудить других созидать так, как видиты вы, в конце концов,

из ваших собственных инстинктов. Единственно стоящие жесты - это те,

которые появились экспромтом. Унция непосредственности дороже тонны

инструкций.

Жест нельзя надеть на себя, как смокинг. Он Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность является только

наружным выражением внутреннего состояния, точно так же, как поцелуи,

колики, хохот и морская болезнь.

Жесты человека, подобно его зубной щетке, должны быть чисто

личными. Ведь все люди непохожи друг на друга, и если они будут вести

себя естественно, их жесты будут персональными.

Даже 2-ух людей нельзя учить Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность жестикулированию в одной и той же

манере. Представьте для себя, что кто-то попробовал бы вынудить высочайшего,

неловкого и медлительно думающего Линкольна делать такие же жесты, какие

делал стремительно говорящий, порывистый и стильный Дуглас. Это было бы

несуразно.

По словам его биографа и напарника - адвоката Герндона, "Линкольн

не столько жестикулировал руками, сколько головой, энергично Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность двигая ею

в различные стороны. Такое движение головы имело значение, когда он

стремился выделить какое-либо свое заявление. Время от времени оно

сопровождалось резким движением руки, будто бы он кидал электронные

искры в воспламеняющийся материал. Он никогда не размахивал руками и не

рвал место в клочья, подобно неким оратоам. Он никогда не

добивался сценического Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность эффекта... По мере того как он продолжал свою

речь, он становился более свободным и наименее скованным в собственных движениях

прямо до того, что делался роскошным. Он обладал исключительной

естественностью и сильной индивидуальностью и смотрелся полностью достойно.

Он презирал помпу, парадность, избитые фразы и притворство... Когда он

вбивал идеи в головы собственных слушателей, то в его динном Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность костлявом пальце

правой руки заключался целый мир значения и выразительности. Время от времени для

выражения радости либо наслаждения он поднимал обе руки под углом

примерно в 50 градусов ладонями ввысь, вроде бы стремясь

обнять тот образ, который ему нравился. Если он выражал чувство

сильного омерзения - к примеру, когда осуждал рабство, - то поднимал

обе руки со Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность сжатыми кулаками, рассекая воздух, выражая отвращение,

которое было вправду величавым. Это был один из его более

красивых жестов, и он означал твердую решимость низвергнуть объект

собственной ненависти и растоптать его в пыли. Он всегда прямо стоял на ногах

и никогда не выставлял одну ногу перед другой. Никогда ни к чему не

прикасался Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность и ни на что не опирался. Очень изредка менял позу во время

выступления. Никогда не гласил напыщенно и никогда не прогуливался взад и

вперед по помосту. Чтоб расслабить руки, он нередко левой рукою брался

за лацкан собственного пиджака, держа большой палец ввысь и оставляя правую

руку свободной для жестикуляции". Сен-Годен запечатлел его конкретно в

таковой Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность позе в статуе, которая стоит в Линкольн-парке в Чикаго.

Такой был способ Линкольна. Теодор Рузвельт был более энергичным,

жарким, активным, и его лицо отражало охватывавшие его чувства, кулак

его был сжат, и все его тело являлось средством самовыражения. Брайан

нередко использовал вытянутую вперед руку с открытой ладонью, Гладстон

нередко ударял Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность по столу либо по ладошки кулаком либо с шумом топал ногой.

Лорд Розбери обычно поднимал правую руку и с размаху опускал ее. В

идей и убеждениях оратора сначала присутствовала сила, и конкретно

она делала жесты выразительными и естественными.

Спонтанность... Жизненность... Конкретно они являются summum bonum

(1) деяния. Берк был угловатым и очень неловким Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность в собственных

жестах. Питт размахивал руками "подобно неловкому клоуну". Сэр Генри

Ирвинг был хром на одну ногу и создавал очень странноватые движения. Лорд

Маколей смотрелся на трибуне неловким. То же можно сказать о Граттане

(2) и Парнелле.

--------------------------------------------------------------------

(1) Summum bonum (лат.) - высшее благо. - Прим.ред.

(2) Граттан, Генри (1746 - 1820) - фаворит ирландской либеральной

оппозиции британскому правительству. - Прим.ред.

"Это Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, видимо, разъясняется тем, - произнес лорд Керзон, выступая в

Кембриджском институте с речью о парламентском сладкоречии, - что

величавые ораторы вырабатывают собственные жесты. Величавому оратору,

непременно, помогают прекрасная наружность и роскошные манеры, но если он

оказывается безобразным и неловким, это не имеет огромного значения".

Много годов назад я слушал проповедь известного Джипси Смита. Я Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность был

поражен сладкоречием этого человека, который направил многие тыщи

людей в христианскую веру. Он использовал жесты, огромное количество жестов, но

не замечал их - как не замечал воздух, которым дышал. Это безупречный

случай.

Вы тоже не заметите, что стали воспользоваться жестами, если будете

проводить в жизнь эти принципы. Я не могу предложить вам каких бы то Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность ни

было правил жестикуляции, ибо все находится в зависимости от характера оратора, его

подготовки, интереса, его особенности, предмета выступления,

аудитории и стечения событий.

Советы, которые возможно окажутся полезными

Все же целенаправлено дать ряд советов, которые могут

оказаться полезными. Не повторяйте 1-го и такого же жеста, чтоб он не

стал однообразным. Не делайте порывистых, резких Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность движений локтями. Когда

вы находитесь перед слушателями, движения ваших плеч создают более

подходящее воспоминание. Не прерывайте собственных жестов очень стремительно.

Если вы делаете движение указательным пальцем, чтоб выделить свою

идея, не страшитесь сохранить этот жест до конца предложения. Этого очень

нередко не соблюдают, что является очень обыкновенной и суровой ошибкой. В

итоге искажается выразительность Глава седьмая. Публичное выступление на трибуне и личность, маленькие вопросы делаются ненадобными, а

вправду суровые вопросы кажутся по сопоставлению с ними

элементарными.

Когда вы произносите речь перед слушателями, делайте только такие

жесты, которые смотрятся естественными. Но, когда вы практикуетесь,


glava-shestnadcataya-ernest-heminguej-proshaj-oruzhie.html
stat.txt
glava-pervaya-izderzhki-proizvodstva-i-pribil.html