Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает

Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает

Он взялся за дело так рьяно, как будто только-только неделю отдыхал. Если б Софи своими очами не следила только-только ужасного волшебного поединка, она бы нипочем не поверила, что Хоул прошел через такое испытание. Хоул с Майклом носились по замку, перекликаясь и сообщая друг дружке результаты каких-либо замеров Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает и чертя мелом и углем загадочные знаки на стенках в тех местах, куда ранее привинтили железные скобы. Судя по всему, им было надо переметить все углы, в том числе и во дворе. Уголок Софи под лестницей и замысловатая выемка в потолке ванной доставили им уйму морок. Софи и человека Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает-пса повсевременно отпихивали в сторону и переставляли с места на место, а позже и совсем отчистили к стенке, чтоб Майкл мог на просторе поползать по полу и нарисовать там пентаграмму в круге.

Покончив с этим, Майкл поднялся и стряхнул с колен мел, когда в комнату ворвался Хоул, – его темный костюмчик был Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает весь в белоснежных пятнах известки. Софи и человека-пса опять отчистили в сторону, и сейчас уже Хоул стал ползать по полу, рисуя какие-то значки снутри и снаружи пентаграммы. Софи с человеком-псом пошли и сели на лестницу. Человека-пса трясло. Таковой магии он очевидно не обожал Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает.

Хоул с Майклом выбежали во двор. Хоул здесь же бросился назад.

– Софи! – закричал он. – Стремительно! Чем мы будем вести торговлю?

– Цветами, ответила Софи, опять вспомнив миссис Ферфакс.

– Отлично! – выдохнул Хоул и метнулся к двери с кисточкой и ведерком краски. Он обмакнул кисточку в ведерко и аккуратненько закрасил голубую метку желтоватым. И Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает опять обмакнул кисточку. Сейчас краска оказалась фиолетовой. Он замазал ею зеленоватую метку. В 3-ий раз кисточка была оранжевая, и Хоул закрасил ею красноватую метку. Черную метку он не тронул. Он оборотился и случаем заехал в ведерко длинноватым рукавом.

– Да трам же тарарам! выругался Хоул, вытаскивая рукав. Длиннющий Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает его хвост сверкал всеми цветами радуги. Хоул отряхнул рукав, и он опять стал темный.

– А который это костюмчик по сути? – небережно спросила Софи.

– Не помню. Не лезьте. На данный момент начнется самое тяжелое. – Хоул кинулся к столу и поставил на него ведерко. Он схватил с полки пузырек какого-то Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает порошка. – Майкл! Где серебряный совок?

Майкл примчался со двора с большой сверкающей лопатой. Черенок у нее был древесный, но лезвие с виду было вправду серебряное.

– С дороги! – кликнул он.

Хоул пристроил совок на колене, чтоб написать какие-то буковкы и на лезвии, и на черенке. Он посыпал его красноватым порошком Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает из пузырька. Позже он аккуратненько разложил по щепотке красноватого порошка на каждый луч звезды, а остаток вываливал в центр.

– Отойди, Майкл, – повелел он. – Все отойдите. Ну что, Кальцифер, готов?

Кальцифер длинноватой нитью голубого пламени вылез из-под поленьев.

– Как может быть, – проскулил он. – А ведь я от этого Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает и умереть могу…

– Посмотри на дело с другой стороны, – порекомендовал Хоул. – Умереть от этого могу и я. Держись. Раз, два, три. – Он засунул совок в очаг, неторопливо, но уверенно, держа его вровень с полом. Секунду он легонько тряс его, чтоб подпихнуть под Кальцифера. Позже – еще больше уверенно и мягко Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает – он поднял совок. Было приметно, как Майкл затаил дыхание.

– Вышло, – произнес Хоул. Поленья развалились. Они больше не горели. Хоул поднялся на ноги и развернулся, держа Кальцифера на совке.

Комната заполнилась дымом. Человек-пес вопил и трясся. Хоул кашлял. Ему было трудновато удержать совок ровно. У Софи заслезились глаза Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает, видно стало плохо, но, судя по всему, ног у Кальцифера, как он ей и гласил, вправду не было. Он состоял из длинноватого треугольного голубого лица, гнездившегося в каком-то черном комочке. Впереди комочек был расщеплен, из-за чего на 1-ый взор казалось, как будто Кальцифер стоит на коленях, согнув крохотные лапки. Но Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает когда комочек неудобно покачнулся, Софи сходу увидела, что никаких лапок нет, так как снизу он был округленный. Кальциферу было страшно некомфортно и жутко. Оранжевые глаза выпучились от кошмара, и он лихорадочно выпускал в различные стороны тоненькие язычки-ручки, неудачно пытаясь ухватиться за бортики совка.

– Я скоро! – задыхаясь Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает, кликнул Хоул, стараясь его утешить. Но здесь ему пришлось сжать губки и на миг приостановиться, сдерживая кашель. Совок качнулся, Кальцифер совсем перепугался. Хоул совладал с собой. Он сделал длиннющий усмотрительный шаг и ступил поначалу в круг, а позже в самый центр пентаграммы. Там, держа совок ровно, он медлительно оборотился, сделав Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает полный оборот, и Кальцифер оборотился вкупе с ним, став бледно-голубым и таращась от паники. Чувство было такое, как будто совместно с ними оборотилась вся комната. Человек-пес прижался к Софи. Майкл пошатнулся. Все еще колыхалось и кружилось, когда Хоул опять сделал два усмотрительных шага и вышел и из Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает пентаграммы, и из круга. Он встал на колени у очага и неописуемо заботливо сгрузил Кальцифера назад в очаг и подложил поленья ближе к нему. Зеленоватые языки пламени на маковке Кальцифера затрепетали. Хоул оперся о совок и закашлялся.

Комната дрогнула и тормознула. Несколько мгновений, пока дым не ишак, Софи в Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает изумлении увидела знакомые очертания гостиной собственного родного дома. Она выяснила ее, хотя пол был совершенно нагой, а на стенках не оказалось ни одной картины. Замковая комната ерзала, устраиваясь поудобнее – там потянет, тут подпихнет, – опуская потолок до высоты собственного собственного, с темными опорами, пока обе комнаты не соединились воедино, при Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает этом замковая одолела, став разве что чуточку выше и квадратней, чем ранее.

– Ну что, вышло, Кальцифер? прокашлял Хоул.

– Вроде да, – ответил Кальцифер, вздымаясь к самой трубе. – Только ты лучше все-же проверь меня.

Хоул поднялся на ноги, тяжело делая упор на совок, и открыл дверь, повернув ручку желтоватым вниз. Снаружи Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает оказалась улочка в Маркет-Чиппинге, которую Софи знала всю жизнь. Старенькые знакомые ходили перед ужином, как делают летом очень многие. Хоул кивнул Кальциферу, закрыл дверь, повернул ручку вниз оранжевым и открыл дверь опять.

Сейчас прямо от порога шла просторная, поросшая травкой аллейка, окруженная кучками деревьев, как нельзя более живописно Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает залитых косыми лучами низкого солнца. Вдалеке возвышалась шикарная каменная арка со скульптурами.

– А это где? – опешил Хоул.

– Пустующий дом на краю Равнины, – начал почему-либо оправдываться Кальцифер. – Ты же повелел мне подыскать красивый домик. По-моему, он даже очень ничего.

– Не сомневаюсь, – отозвался Хоул. – Надеюсь, обладатели возражать не будут Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает. – Он опять закрыл дверь и открыл ее, повернув ручку вниз фиолетовым. – Сейчас ходячий замок, – произнес он.

Снаружи были сумерки. В комнату ворвался теплый ветер, напоенный различными запахами. Софи увидела, как мимо проплывает груда черных листьев, а меж ними проглядывают большие фиолетовые цветочки. Листья медлительно пропали, на Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает их месте появились заросли мерцавших в мгле белоснежных лилий, а вдалеке показывался отсвет заката на воде. Запахи были такие чарующие, что Софи опамятовалась уже на пороге.

– Нет, Софи, до завтра не суйте туда собственный длиннющий нос, – произнес Хоул и резко захлопнул дверь. – Это у самых Болот. Молодец, Кальцифер. Отлично. Как заказывали Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает – красивый домик и много цветов. – Он отшвырнул совок и отправился в кровать. Судя по всему, он вправду очень утомился. Ни криков, ни стенаний, ни даже кашля.

Софи и Майкл тоже очень утомились. Майкл плюхнулся в кресло и так и остался, поглаживая человека-пса и пялясь в место. Софи взгромоздилась Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает на табурет. Ей было удивительно. Они переехали. Все как бы как ранее, но не так. Удивительно. И почему кочевой замок стоит сейчас на самом краю Болот? Может, это проклятье тянет Хоула к Колдунье? Либо Хоул в собственном увиливательстве зашел так далековато, что выкрутился навыворот и стал, с Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает позволения сказать, добросовестным человеком?

Софи покосилась на Майкла: а он, любопытно, как задумывается? Майкл спал, и человек-пес тоже. Тогда Софи посмотрела на Кальцифера – тот дремотно пощелкивал посреди розоватых поленьев, прикрыв оранжевые глаза. Софи вспомнила Кальцифера белоснежного и с белоснежными очами, а позже Кальцифера перепуганного на совке. Что-то Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает он ей напоминал. Всем своим видом.

– Кальцифер, – прошептала Софи. – Кальцифер, скажи, ты ведь был когда-то падучей звездой?

Кальцифер открыл один оранжевый глаз и поглядел на нее.

– Как же, – ответил он. – Ну вот, сейчас ты додумалась, и мне можно об этом говорить. Контракт позволяет.

– И Хоул тебя изловил? спросила Софи Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает.

– 5 годов назад, – кивнул Кальцифер. – На Портхавенских Топях. Как раз после того, как открыл дело, назвавшись чернокнижником Дженкином. Гнался за мной в семимильных сапогах. Ну и перепугал же он меня. Знаешь, когда падаешь, все равно тяжело не перепугаться – я ведь задумывался, что умру. А я так не желал дохнуть, что готов Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает был на все что угодно. И когда Хоул предложил мне такую жизнь, как у людей, я согласился на этот контракт, не думая. Мы оба представления не имели, на что идем. Я был жутко признателен Хоулу, а он предложил мне это только поэтому, что пожалел меня.

– Как Майкла, – увидела Софи.

– А Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает? Что? – встрепенулся Майкл. – Софи, напрасно мы торчим прямо на краю Болот. Я не знал, что так будет. Вроде бы чего не вышло.

– В доме колдуна вечно чего-нибудть да выходит, – с чувством произнес Кальцифер.

На последующее утро ручка над дверцей оказалась повернута вниз черным, и, к величавому возмущению Софи Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает, дверь не раскрывалась, как ни старайся. Софи желала посмотреть на те цветочки, а на Колдунью ей было плевать. Выместить досаду она решила, схватив ведро воды и начав оттирать меловые знаки на полу.

В разгар работы появился Хоул.

– Вся в трудах, вся в трудах, – увидел он, перешагивая через Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает стоявшую на четвереньках Софи.

Вид у него был странный. Костюмчик как и раньше оставался непроницаемо-черным, но волосам колдун возвратил прежний светлый колер. По контрасту с черным они казались белоснежными. Софи посмотрела на Хоула и сходу вспомнила о проклятии. Может быть, Хоул тоже о нем помыслил? Меж тем он вынул Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает череп из тазика и грустно воззрился на него, держа на вытянутой руке.

– Бедный Йорик, – высказался он. – Сейчас Колдунья слышала сирен, а означает, неблагополучно что-то в датском царстве. Я схватил нескончаемую простуду, но, к счастью, я жутко бесчестен. Будем этого держаться. – Он жалобно раскашлялся. Но простуда потихоньку Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает проходила, и кашель вышел неубедительный.

Софи переглянулась с человеком-псом, который посиживал, уставясь на нее, с видом более грустным, чем Хоул.

– Шел бы ты назад к Летти, – пробормотала Софи. – В чем дело? – спросила она у Хоула. – Не ладится с мисс Ангориан? Кошмар, – согласился Хоул. – Сердечко у Лили Ангориан прямо-таки Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает из кипящего камня. – Он положил череп назад в тазик и кликнул Майклу: – Есть! И работать!

После завтрака они вынули все из кладовки подчистую. Позже Хоул с Майклом продолбили в ее боковой стенке дыру. Из двери кладовки валила пыль и доносились наизловещие глухие удары. Позже оба позвали Софи. Софи Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает подошла, грозно занеся над головой метлу. На месте стенки был проход, который вел на лестницу, испокон веку соединявшую лавку с домом. Хоул поманил Софи, чтоб она посмотрела на лавку. Там было гулко и пусто. Пол оказался выложен черно-белой плиткой, как передняя миссис Пентстеммон, а на полках, на которых ранее Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает лежали шляпки, сейчас стояла ваза вощеных шелковых роз и букетик бархатных примул. Софи понимала, что от нее ожидают восхищения, потому справилась с собой и не произнесла ничего.

– Цветочки я отыскал в сарайчике на заднем дворе, – объяснил Хоул. – Идите поглядите, как оно снаружи,

Он раскрыл дверь на улицу, и Глава семнадцатая, в которой ходячий замок переезжает звякнул тот колокольчик, который Софи слышала всю жизнь. Софи заковыляла на пустую улицу. Было преждевременное утро. Свежевыкрашенный фасад лавки сверкал желтоватым и зеленоватым. Причудливые буковкы в витрине говорили:


glava-pyataya-uvlecheniya-brata-i-sestri.html
glava-pyataya-v-levon-hachaturyanc-evgenij-hrunov.html
glava-pyataya-yazik-cveta-kak-ispolzovat-preimushestva-svoego-cveta-dlya-uspeha-v-lichnoj-zhizni-i-biznese.html