Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком...

Глава шестая

Стоимость РАЯ

— Эвиза, где Родис?

— Не знаю, Вир.

— Я не лицезрел ее три денька.

Чеди находила ее всюду — от Круга Сведений до покоев верховного владыки, но туда ее не допустили.

— Родис пропала после показа Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... наших стереофильмов, как Тивиса и Тор улетели в хвостовое полушарие Торманса, так и не дождавшись разрешения снять скафандры, — произнес Вир.

— Увы, — согласилась Эвиза, — придется еще малость поносить броню. Я привыкла к железной Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... коже, а освобождение от трубок и лицевых щитков было расчудесным. Биофильтры мешают еще меньше… Но вот Гэн Атал! Понимаете ли вы чего-нибудть о Родис?

— Родис в Зале Мрака. Я подымался Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... по темной лестнице, а она шла рядом с Чойо Чагасом в сопровождении стражей, которых так недолюбливает Чеди.

— Не нравится мне все это, — произнес Вир Норин.

— Почему вы тревожитесь? — хладнокровно спросил Гэн Атал. — Фай Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... уединяется с Чагасом. Владыка с королем, как она шутит.

— Эти плохо воспитанные и считающие себя выше дисциплины владыки похожи на тигров. Они небезопасны несдерживаемыми чувствами, толкающими их на несуразные проделки. А СДФ Родис Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... стоит тут выключенный.

— Сейчас увидим, — инженер броневой защиты сделал в воздухе крестообразный жест рукою.

Тотчас коричнево-золотистый, в цвет скафандра Гэна, СДФ подбежал к его ногам. Несколько секунд — и Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... цилиндр на высочайшей ножке, выдвинувшейся из купола спины бота, зажегся лиловато-розовым светом. Перед стенкой комнаты сгустилось, фокусируясь, изображение части пилотской кабины «Темного Пламени», превращенной в пост связи и наблюдения.

Милое лицо Ней Холли казалось Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... усталым в бликах зеленоватых, голубых и оранжевых огоньков на разных пультах.

Нея приветствовала Гэна воздушным поцелуем и, вдруг насторожившись, спросила:

— Почему не в условленное время?

— Нужно посмотреть на «доску Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... жизни», — произнес Гэн.

Нея Холли перевела взор на светло-кремовую панель, где ярко и ровно горели семь зеленоватых огней.

— Вижу сам! — воскрикнул Гэн, попрощался с Неей и выключил бот.

— Мы все узнали Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком...! — произнес он Эвизе и Виру. — Родис цела, и сигнальный браслет на ней, но, может быть, ее держат… как это именуется…

— В плену! — дал подсказку Вир Норин.

— Кто в плену? — прозвенела сзади Чеди.

— Фай Родис! Вир Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... лицезрел ее в Зале Мрака с Чойо Чагасом три денька вспять, а мы совершенно не встречались с ней.

— Так идемте в Зал Мрака, и пусть Гэн покажет, куда они ушли Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., — быстрая Чеди пошла впереди.

В конце серповидно изогнутой галереи они спустились на темные ковры в круге темных колонн, альковов и стенок Зала Мрака, как называли тот зал космонавты.

Гэн Атал отошел к лестнице Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... с балюстрадой, поразмыслил несколько секунд и уверенно направился к темному месту меж 2-ух сближенных колонн. За ними оказалась запертая дверь. После нескольких неудачных попыток открыть ее Гэн Атал резко постучал.

— Кто смеет Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ломиться в покой владыки Ян-Ях? — гаркнул сверху усиленный электрическими приспособлениями глас сторожа.

— Мы, люди Земли, ищем свою владычицу! — закричал, подражая усилителю, Вир Норин.

— Ничего не знаю. Вернитесь к для Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... себя и ожидайте, пока владыки не сочтут необходимым явиться вам!

Земляне переглянулись. Чеди прошептала что-то Вир Норину, и на губках астронавигатора заиграла совершенно мальчишеская ухмылка.

— Владыка Торманса делает так! — И он щелкнул пальцами.

Через Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... несколько секунд послышался легкий топот девятиножки, и в черном зале появился красно-фиолетовый СДФ.

— Что вы замыслили, Вир? — с беспокойством спросила Эвиза. — Вроде бы не напортить Родис!

— Хуже не будет Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Пришла пора дать маленький урок всяким там властелинам и верховным созданиям, которых тут такое огромное количество.

Эвиза отошла в сторону с осуждающим, но все таки заинтересованным видом, а Чеди и Гэн Атал восхищенно Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... придвинулись к Вир Норину. По команде астронавигатора СДФ выдвинул вперед круглую, зеркально блеснувшую коробку на толстом кольчатом кабеле.

— Закройте ушные фильтры, — распорядился Вир.

Немыслимый визг прорезал безмолвие дворца. Коробка СДФ Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... обрисовала в воздухе параллелограмм, и большая дверь упала вовнутрь темного прохода, откуда послышались испуганные клики.

Вир Норин повел рукою, излучатель ультразвука спрятался под СДФ, уступив место обыкновенному раструбу фонопередатчика.

— Фай Родис! Вызываем Фай Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Родис! — от звучного рева СДФ сверху посыпались куски стекол, закачался и погас грушевидный осветительный прибор, подвешенный меж колонн.

— Зовем Фай Родис! — еще громче завопил СДФ, и вдруг земляне ощутили, что пол темного зала уходит Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... из-под ног, а они скользят по наклонной галерее. От неожиданности, при всей моментальной реакции землянина, Вир Норин не успел выключить собственный СДФ. Девятиножка продолжала взывать к Фай Родис в Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... беспросветной черноте подвала, куда скатились все четыре землян.

Вир Норин черкнул ладонью по воздуху, и СДФ замолк. Слепящие прожекторы скрестили свои лучи на лицах землян. Те чуть могли разглядеть, что провалились в круглый Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... подвал со стенками из неотделанного, грубо склепанного железа. С 5 сторон сияли низкие проходы, и в каждом появилась группа сторожей в фиолетовой униформе, направивших темные раструбы собственного орудия на звездолетчиков.

Девятиножка выставила излучатель защитного Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... поля, схожий на гриб с приостренной шляпкой. Земляне тихо осматривались, соображая, как выкарабкаться из ловушки. Безмятежный вид нарушителей священного покоя дворца привел сторожей в ярость. Разевая темные рты в Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... неслышном клике, они кинулись к группе землян и были отброшены к стальным стенкам. Из левого прохода появились люди с нашивками «глаз в треугольнике».

— Подлое приспособление! — негодующе воскрикнула Чеди.

— Остроумное, с их точки зрения, — произнес Гэн Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Атал.

— Я думаю, как пробить потолок и подняться в Желтоватый Зал, — с колебанием произнес Вир Норин. — Но на это уйдет очень много энергии.

— Не лучше ли подождать развития событий? — порекомендовала Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Эвиза.

— Пожалуй! — согласился астронавигатор.

Длительно выжидать не пришлось. Фиолетовые охраны сделали несколько выстрелов из собственного орудия. Космонавты ничего не слышали — защитное поле не пропускало даже звуков, только увидели вспышки малинового пламени Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., вырывавшиеся из раструбов. Отраженные защитным полем пули стукнули вспять по тем, кто их выпустил. Стрелявшие с искаженными лицами свалились на металлический пол.

Вир Норин озабоченно посмотрел на указатель, беспокоясь о разряде батарей и жалея, что Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... еще четыре могучих ассистента никчемно стоят выключенными в их комнатах наверху. Фай Родис просила выключать ботов, чтоб каким-либо случайным сигналом не вынудить их нарушить строгие правила.

В один момент — тут Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., на Тормансе, все бывало в один момент, потому что из-за неведения нрава тормансиан и их публичных отношений гостям с Земли было тяжело угадывать развитие событий — смятение закончилось, фиолетовые сторожи скрылись Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... в проходах, унося покалеченых, а в однообразное гудение защитного поля врезался сигнал Фай Родис:

— Выключайте СДФ, Вир!

Облегченно вздохнув, астронавигатор убрал «зонтик» и услышал в усилителях приказ Чойо Чагаса: «Недоразумение закончить, разойтись Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., „очам“ проводить гостей наверх, в их покои!»

Через пару минут большой подъемник доставил 4 героев к тому извиву коридора, откуда начинались хоры Зала Мрака. У распахнутого окна в сад точным силуэтом выделялась Фай Родис Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Сквозняк чуток шевелил ее недлинные темные волосы. Первой к ней ринулась Чеди. Родис положила руки на ее плечи. Губки ее улыбались, но глаза были грустны, печальней, чем в 1-ые деньки пребывания на Тормансе Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком....

— Наделали переполоха, милые! — воскрикнула Родис без осуждения. — Я еще не пленница… еще!

— Скрыться так навечно! — укорила Эвиза.

— Действительно, я поступила плохо. Но я столько увидела за эти деньки, что забыла о Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... вашей тревоге.

— Все равно было надо малость отрезвить их тут, — сурово нахмурился Гэн Атал. — Жизнь становится противной от глупых ограничений, глупейшего самодовольства и растерянного вокруг ужаса.

— Но Фай необходимо отдохнуть, — перебила Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Чеди.

Отдаваясь животворному душу отрицательно заряженных ионов, в то время как тонкие лапки СДФ легкими прикосновениями на биологическом уровне активизированных перчаток массировали ее, Фай Родис перебирала мемуары о деньках, проведенных в покоях Чойо Чагаса Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Это испытание поколебало ее уверенность в намеченном ранее плане.

Все началось с демонстрации стереофильмов Земли. Два СДФ установили несущий канал, по которому «Темное Пламя» начал передавать актуальные и калоритные изображения Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., именуемые на Земле по-старинному стереофильмами. Для обитателей Ян-Ях они казались чудом, перенесенной сюда подлинной жизнью дальной планетки.

Члены Совета 4, их супруги, несколько высших сановников, инженер Таэль, затаив дыхание, наблюдали, как перед Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ними развертывались картины природы и жизни людей Земли.

К величайшему удивлению тормансиан, ничего загадочного и непонятного не было во всех областях жизни этого прекрасного дома населения земли. Огромные машины, автоматические фабрики и лаборатории Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... в подземных либо подводных помещениях. Тут, в постоянных физических критериях, шла неустанная работа устройств, наполнявших продуктами дисковидные строения подземных складов, откуда разбегались транспортные полосы, тоже сокрытые под землей. А Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... под голубым небом расширялся простор для людского жилища. Тормансианам раскрылись колоссальные парки, широкие степи, незапятнанные озера и реки, незапятнанной белизны горные снега и шапка льда в центре Антарктиды. После долгой экономической борьбы городка совсем Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... уступили место звездным и спиралевидным системам поселков, меж которыми были разбросаны центры исследования и инфы, музеи и дома искусства, связанные в одну гармоническую сетку, покрывавшую более комфортные для обитания зоны умеренных субтропиков планетки Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Другая планировка отличала сады школ различных циклов. Они размещались меридионально, предоставляя для подрастающих поколений коммунистического мира различные условия жизни.

Сами земляне поначалу показались жителям Ян-Ях очень суровыми и сосредоточенными. Их Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... немногословие, нелюбовь к остротам и полное неприятие всякого шутовства, неизменная занятость и сдержанное выражение эмоций в очах болтливых, нетерпеливых, на психическом уровне нетренированных тормансиан казались скучноватыми, лишенными подлинно людского содержания.

Только позже Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... обитатели Ян-Ях сообразили, что эти люди полны беззаботной веселости, порожденной не легкомыслием и невежеством, а сознанием своей силы и неослабной заботы всего населения земли. Простота и искренность землян основывались на Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... глубочайшем сознании ответственности за каждый поступок и на узкой гармонии особенности, усилиями тыщ поколений приведенной в соответствие с обществом и природой.

Тут не было искателей слепого счастья, и поэтому не было разочарованных Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., разуверившихся во всем людей. Отсутствовали психологически слабенькие индивиды, остро чувствующие свою неполноценность и вследствие этого отравленные завистью и садистской злостью. На сильных и правильных лицах не отражалось ни смятения, ни настороженных опасений, ни Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... беспокойства о судьбе собственной и собственных близких, изолирующих человека от его братьев.

Тормансиане не узрели ни 1-го побежденного скукотищей человека. Уединялись для раздумий, переживаний, для отдыха после только-только конченной трудной работы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Но временная неподвижность и глубочайший покой были готовы одномоментно смениться могучим действием мысли и тела.

Живы видения прелестной Земли разбудили острую, невиданную до этого тоску у малеханькой кучки землян, отрезанных Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... от родины немыслимой пучиной места. Тормансиане старались откинуть неодолимую соблазнительность увиденного мира, уверить себя в том, что им проявили особые инсценировки. Но огромный охват, всепланетный масштаб вида свидетельствовал о подлинности стереофильмов. И, уступая очевидности Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., обитатели Ян-Ях оказались плененными практически таковой же ранящей печалью, как и обитатели Земли. Но причина этой печали была другой. Видение сказочной жизни появилось тут, на верхушке холмика, в крепости суровых властелин, обители Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ужаса и обоюдной ненависти. Как будто их подвели к обширно распахнутым воротам сада, ничто не было укрыто от их скупых глаз и в то же время труднодоступно. А понизу теснился Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... скученный многомиллионный город Средоточия Мудрости, чье заглавие звучало иронично на пыльной и небогатой планетке.

— Может быть, достаточно для первого раза? — спросила Фай Родис, заметив утомление на лицах зрителей.

Чойо Чагас покосился Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... по сторонам. Его супруга Янтре изо всех сил прижимала руки к груди. Инженер Таэль поднял голову и старался неприметно смахнуть слезы, скатившиеся в густую бороду. Такие же слезы Чойо Чагас увидел у Зет Уга Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Вспышка не поддающегося объяснению гнева принудила его повысить глас:

— Да, достаточно! Вообщем достаточно!

Недоуменно взглянув на владыку, Фай Родис выключила связь со звездолетом. СДФ погасили и убрали под крышки свои излучатели Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Зрители направились к для себя, а Фай Родис подошла к Чойо Чагасу, который знаком попросил ее задержаться. Когда в опустевшем зале остались только они двое, Чойо Чагас в первый раз взял Родис под Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... локоть, немного поморщился и отпустил ее руку. Родис засмеялась.

— Я привык к вашему лицу без щитка и запамятовал, что все другое — железное. Время от времени мне кажется, что земляне просто боты с головами Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... живых людей, — пошутил владыка, вводя гостью в знакомую комнату с зеленоватыми драпировками и хрустальным шаром.

— А может быть, мы по правде только боты? — спросила Родис, вложив во взор и ухмылку Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... мало кокетства и дамского вызова.

И Чойо Чагасу пришлось натужить всю волю, чтоб не поддаться могучей соблазнительности земной дамы. Он отвернулся, открыл темный шкаф и достал нечто схожее на древнейшую курительную трубку. Устроившись Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... в кресле напротив Родис, он закурил. Через резко пахнущий дымок владыка планетки приценивался к Фай Родис, и его узенькие глаза подернулись пеленой забытья. Он молчал так длительно, что Родис заговорила Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... 1-ая:

— Что означал ваш возглас «вообще довольно»? Разве вам не приглянулась Земля?

— Фильмы на техническом уровне прекрасны. Мы никогда не лицезрели подобного!

— Разве дело в технике? Я имею в виду нашу планетку Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком....

— Я не арбитр сказкам. Как я могу отделить ересь от правды, не зная о вашей планетке ничего, не считая этих картинок?

Фай Родис встала, чуток опершись на край вычурного стола, и пристально Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... поглядела на Чойо Чагаса.

— Сейчас вы лжете, — произнесла она ровно, избегая увеличения и снижения тона, принятого у тормансиан. — Помогите мне осознать вас. Вы человек известного разума, почему вы избегаете гласить прямо, правдиво выражая свои убеждения Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и цели? Чего вы боитесь?

Чойо Чагас медлительно поднялся, прохладный и высокомерный. Фай Родис не дрогнула, когда он тормознул перед нею, вытянув шейку и навалившись на стол сжатыми кулаками. Их Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... неразговорчивый поединок продолжался до того времени, пока владыка не отступил, вытирая лоб тончайшим желтоватым платком.

— Мы могли бы убить вас, — оскалился он в недоброй и неприемлимой ухмылке, — а заместо этого я еще обязан Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... отдавать вам отчет!

— Неужели эта жертва вас тяготит? — интонация Родис звучала неприкрытой усмешкой. — Вы опасаетесь, что явится 2-ой звездолет и оба корабля сокрушат ваши городка, дворцы, фабрики? Я знаю, что вы и ваши Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... удобные тихо примете смерть миллионов обитателей Ян-Ях, разрушение тысячелетнего труда, исчезновение величавых произведений людского гения, только бы остались жить вы! Не так ли?! — вдруг резко воскрикнула Родис.

— Да, — вздрогнув Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., признался Чойо Чагас. — А что жалеть? Дрянь, жалких людишек с маленькими эмоциями? Старенькый хлам отжившего искусства, лежащий никчемными грудами в пыльных хранилищах? Вредных фантазеров «джи»?

— Так ведь они люди! — воскрикнула Родис.

— Нет, еще Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... как бы нет!

— А разве вы помогаете им стать людьми? Я не могу осознать вас. Самое красивое в жизни — помогать людям, и в особенности когда имеешь для этого власть, силу, способности Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Может ли быть удовлетворенность выше этой? Неуж-то вы даже не помышляли об этом, злосчастный человек?

— Нет, это вы злосчастная! — заорал владыка. — Истинна древняя поговорка, что для дамы существует только истинное и будущее Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., прошедшего — нет. Какой вы историк, если не осознаете, что море пустых душ разлилось по планетке, выпив, обожрав, истоптав все ее уголки!

Фай Родис уже успокоилась.

— Известно ли вам, что мозг человека обладает восхитительной Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... способностью исправлять преломления окружающего мира, не только лишь зрительные, да и мыслительные, возникающие из-за искривления законов природы в некорректно устроенном обществе? Мозг борется с дисторсией, выправляя ее в Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... сторону красивого, размеренного, хорошего. Я говорю, очевидно, о обычных людях, а не о психопатах с комплексом неполноценности. Разве вам не знакомо, что лица людей издалека всегда красивы, а чужая жизнь, увиденная со Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... стороны, представляется увлекательной и значимой? Как следует, в каждом человеке заложены мечты о чудесном, сформировавшиеся за тыщи поколений, и подсознание ведет нас посильнее в сторону добра, чем это мы сами думаем. Как можно гласить Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... о людях, как о мусоре истории?

— Мне начинает нравиться ваша откровенность, — с кривой усмешкой произнес Чойо Чагас. — Но продолжайте!

— Знаю, что вы сейчас не сомневаетесь в безвредности наших целей. Сколько раз Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ваши люди пробовали поймать хоть каплю вражды у хоть какого из нас, даже после пробной атаки звездолета по вашему приказу! Тут ведь ничего не делается без приказа Совета 4?!

— Да, — опять поддаваясь необычной магнетической Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... силе дамы Земли, подтвердил владыка.

— Если так, то дело в надуманной опасности, типо исходящей от нас. Я сообразила, что вы желаете запретить демонстрировать жизнь Земли народу Ян-Ях. Но вы должны действовать по Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... каким-то побуждениям, продиктованным вашим видением мира, системой взглядов. Мы, земляне, не узрели в вашей примитивной пропаганде никаких глубочайших хлопот о совершенствовании вашего общества и людей. Сохранение имеющейся структуры необходимо Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... только горстке правителей. В истории Земли это загубило сотки стран и миллионы людей. Вы тут не так издавна пережили катастрофу перенаселения…

Фай Родис оборвала речь, с удивлением смотря на исказившиеся черты владыки Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Торманса. Чойо Чагас в первый раз растерял самообладание.

— Хватит! Не желаю! Ничего о Земле! Терпеть не могу! Терпеть не могу окаянную Землю, планетку бескрайнего мучения моих протцов!

— Ваших протцов? — воскрикнула Фай Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Родис, и у нее перехватило гортань — ее гипотеза подтвердилась.

— Да, да, моих, как и ваших! Это потаенна, охраняемая много веков, и разглашение ее карается гибелью!

— Почему?

— Чтобы не появлялись мечты о прошедшем, об ином мире Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., подтачивающие устои нашей жизни. Человек не должен знать о прошедшем, находить в нем силу, — это дает ему убеждения и идеи, несопоставимые с подчинением власти. Историю нужно срезать от корня и начать с Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... момента, когда дерево населения земли привилось на Ян-Ях.

Чойо Чагас с минутку стоял в раздумье, потом сел, указав Родис на ее кресло. Он курил, сконцентрированно смотря на хрустальный шар Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., а гостья с Земли посиживала неподвижная, как скульптура, в глубочайшей тиши покоев владыки. Чойо Чагас скользнул взором по ее отрешенной фигуре и, решившись, встал. Из потайного места он извлек набор инструментов, схожих на древние Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ключи. Одним, маленьким и толстым, он открыл неприметную дверцу из толстого металла, повернул что-то снутри и опять кропотливо запер ее.

— Пойдемте, — просто произнес он, откидывая зеленоватую занавесь перед Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... узенькой, как щель, дверцей.

Фай Родис, не колеблясь, последовала за ним. Чойо Чагас, опустив голову, шел, не оглядываясь, подлинному проходу, чуть освещенному мерклым светом нескончаемых газовых ламп. Он обернулся только у дверцы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... подъемника, пропуская Родис в кабину. Раздался скрежет изредка работающего механизма. Кабина быстро полетела вниз. У Фай Родис, почему-либо ожидавшей подъема, перехватило дыхание. Они спустились на значительную глубину и вышли в коридор, по одной стороне Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... которого шли стальные опоры и рельсы. Чойо Чагас обернулся, вводя свою спутницу в маленький черный вагон и усаживаясь за рычаги управления. Он зажег путной прожектор, и с грохотом, достойным Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... древних машин Земли, вагон понесся в непроглядную темь.

Родис, улыбнувшись взволнованному властелину, негромко запела, поддаваясь гипнотизирующему мельканию вертикальных разноцветных светящихся символов, и увидела, что Чойо Чагас пристально слушает, нередко оглядываясь на нее в быстро Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... бегущих бликах сигнальных люминофоров.

— Что за песня? — отрывисто спросил он, ускоряя и без того обезумевший бег вагона.

— «Нырнуть быстро и непоколебимо в глубочайший и застойный водоем и найти, спасти из мути Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... донной…» — начала переводить Родис на язык Ян-Ях.

— Только-то? — воскрикнул Чойо Чагас.

— А что вы ждали?

— Чего-нибудь воинственного. Очень бодренькая и ритмичная мелодия, — произнес владыка, резко тормозя перед квадратом фиолетового люминофора.

Они Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... вышли во мрак подземелья. Только черточки указателей слабо сияли в полу, вроде бы плавая в мгле.

Чойо Чагас осторожно взял Родис за руку. Подойдя к квадратной колонне, он отыскал в Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ней небольшой лючок, открыл его и прислушался.

— Надо убедиться, что выключатель в моей комнате сработал, — объяснил он безгласной Родис, — по другому при попытке открыть сейф с дверными реле всякий будет убит на Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... месте.

Вторым ключом из связки он отворил другой лючок, взялся за похожую на стрелу ручку и с силой потянул на себя. Выдвинулся серебряный стержень, и в тот же миг с визгом Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... распахнулись томные, как ворота, двери в ярко освещенный широкий зал. Чуть они вошли, как владыка отыскал кнопку, и двери захлопнулись.

Родис огляделась, пока Чойо Чагас, нагнувшись над широким каменным столом, что-то передвигал на нем Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и щелкал переключателями, схожими на рычаги древних электрических машин, столько раз виденных Родис в исторических фильмах и музеях. Помещение тоже походило на музей. Высоко возносились остекленные колонки шифанеров и стеллажей, ряды Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... плотно задвинутых ящиков были испещрены потускневшими иероглифами. Ступени передвижных лестниц, посеревшие от пыли, где-то хранили следы ног тех, кто подымался по ним к верхним полкам.

Чойо Чагас выпрямился, праздничный Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и бледноватый. Он показался гостье с Земли старым жрецом, хранителем заветных познаний, ну и по правде он был им.

— Вы понимаете, куда мы пришли? — осипло спросил владыка.

— Я сообразила. Тут хранится то, что Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... вы… ваши праотцы привезли на звездолетах с Земли. — Фай Родис напряглась от волнения. Каково было историку ЭРМ попасть в хранилище сведений о самом, пожалуй, черном периоде эпохи величавых переворотов намедни ЭМ Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... В — Эпохи Мирового Воссоединения! Родис благоговейно задела массивного пульта, разумеется, снятого со звездолета дальних времен — 1-го из первых кораблей, отчаянно нырнувшего в неизведанные и оказавшиеся непомерно сложными глубины вселенной.

Чойо Чагас ободряюще кивнул смятенной Фай Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Родис и показал ей на ряд жестких стульев из металла и пластмассы в центре зала.

— Я понимаю, что тут вам любопытно все. Но мы, не запамятовывайте этого, продолжаем разговор. И вы будете Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... глядеть киноленты, привезенные праотцами как память о планетке, откуда они бежали. Бежали со слабенькой надеждой на спасение, но отыскали девственную планетку и новейшую жизнь, обернувшуюся старенькой. Когда колебание либо неясность пути побеждает Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... усталые нервишки, я прихожу сюда, чтоб насытиться ненавистью и в ней почерпнуть силу.

— Ненависть к чему, к кому?

— К Земле и ее населению земли! — произнес Чойо Чагас с убежденностью Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... — Поглядите избранную мной серию. Мне не пригодится пояснять вам мотивы воспрещения ваших стереофильмов. Лицезрев историю вашего рая, — с едкой горечью произнес владыка, — кто не усомнится в правде показанных вами зрелищ? Как могло случиться, чтоб ограбленная Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., истерзанная планетка перевоплотился в чудный сад, а озлобленные, не верящие ни во что люди сделались нежными друзьями? Какие орудия, какие оковы стального ужаса держат народы Земли в этой дисциплине? Вобщем Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., разве вы скажете? Вы умеете обольщать. Я сам испытал это. Помните легенду о Цирцее, волшебнице, превращавшей людей в свиней? Время от времени мне кажется, что вы Цирцея…

— Цирцея — прекрасный миф давних времен Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., появившийся еще от матриархальных божеств, о сексапильной магии богини зависимо от уровня эротического устремления: либо вниз — к свинству, либо ввысь — к богине. Он практически всегда истолковывался некорректно. Краса и желание дам Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... вызывают свинство только в психике тех, кто не поднялся в собственных сексапильных эмоциях выше животного. Дамы в прежние времена только очень изредка понимали пути борьбы с сексапильной дикостью мужчины, и те, кто Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... это знал, числились Цирцеями. Встреча с Цирцеей была пробным камнем для всякого мужчины, чтоб выяснить, человек ли он в Эросе. Сексапильная мистика действует только на малый уровень восприятия Красы и Эроса. Желаете Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... испытать? — предложила Родис и, непередаваемо преобразившись, устремила на владыку взор обширно открытых повелительных глаз, высокомерно изогнув собственный царственно прямой стан.

Черная сила скрутила волю Чойо Чагаса, какая-то могучая пружина стала развиваться в нем, стесняя Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... дыхание, стискивая челюсти и сводя мускулы исступленным желанием.

— Нет! — с ожесточением кликнул он.

Родис опустила взор, и владыка грузно сел на край стола, нажав на рычаги.

Погас свет, стенка подземелья пропала, пробитая Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... изображением, по глубине даже превосходящим обыденные ТВФ. И Фай Родис забыла все, унеслась в дальнее прошедшее родной планетки.

Сначала шли только инсценировки. Чойо Чагас подобрал киноленты в исторической последовательности событий. Для Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... самых стародавних времен еще не было фильмовой документации. Пришлось создавать реконструкции важных событий. Но действия эти неумолимо разрушали красивые сказки Земли о хороших царях, мудрейших царицах, идеальных рыцарях — заступниках угнетенных и обездоленных Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Легенды о доблестных военачальниках и бойцах за веру оборачивались вереницой кровавых убийств, ожесточенного фанатизма и изуверства, разрушением прекрасных городов, государств и плодоносных островов.

Земная история, которую писали и учили дальние праотцы, была ориентирована Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... на сокрытие настоящей цены завоеваний, смены властелин и цивилизаций. Но фильмы-реконструкции поздней ЭРМ ставили впереди себя задачку показать, что усилия людей к созданию красы, устроению Земли, мирному труду и занию природы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... постоянно оказывались напрасными, заканчиваясь неудачами и разрушениями. То озверелые каннибалы пожирали более цивилизованное племя перед его бережно увенчанными и отделанными пещерами. То на фоне пылающих городов ассирийские завоеватели избивали Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... малышей и стариков, насиловали дам перед массой зверски скрученных парней, привязанных к колесницам за ремни, продетые через нижние челюсти. Бесконечной вереницей проходили пылающие селения, разграбленные городка, вытоптанные поля, толпы истощенных людей, гонимых как стадо. Нет Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., никакой скотовод никогда не обращался так со своими животными. Совсем разумеется, что человек ценился куда меньше скота. Более того, люди повсевременно подвергались садистским мукам. Их медлительно перепиливали напополам на площадях Китая, рассаживали Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... на кольях по дорогам Востока, распинали на крестах в Средиземноморье, вешали на стальных крючьях, как освежеванные мясные туши.

Техника массовых истреблений безпрерывно «совершенствовалась». Отсечение голов, костры, кресты и колья не могли Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... убить скопления людей в завоеванных городках. Людей стали укладывать связками в полях, и конные орды скакали по ним. Копьями и саблями гнали бешеные толпы в горы, сбрасывая их с крутых обрывов. Заставляли выкладывать Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... из живых людей стенки и башни, переслаивая ряды тел пластами глины. Из этой фантасмагории массовых истреблений, в каких самым поразительным была абсолютная покорность человечьих масс, загипнотизированных силой фаворитов, Фай Родис запомнилась сцена Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... падения Рима. Гордые римлянки с их детками пробовали отыскать убежище на Форуме. Беззащитные, лишенные обычной опоры отцов, мужей, братьев, перебитых в бою, — девченки, девицы, дамы и старухи в оцепенелом безнадежном отчаянии Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... смотрели на приближающуюся массу гуннов либо германцев, пьяных победой, с окровавленными топорами и клинками. Эта незабвенная сцена, поставленная качественным художником, стала для Родис олицетворением одной из ступеней инферно.

Вроде бы отвечая на Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... сочувствие Родис, кинофильм сменился перечислением злодеяний римлян, доказывая справедливость возмездия, к огорчению, так изредка настигавшего криминальные страны и народы в процессе исторического процесса.

Из всех падений человека в далеком и недавнешнем историческом прошедшем Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... деградация римлян не имела для себя равных, разве в Германии в эру фашизма. Римляне, настолько высоко возносившие себя над «варварами», сами были наихудшими дикарями в воззвании с людьми.

Потакая самым Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... низким инстинктам, правители Рима превратили собственных людей в несведущую садистскую массу, ненасытную в требовании «хлеба и зрелищ». Беспощадность и полное отсутствие соболезнования сделали мучения человека развлечением, а полное отсутствие представления о достоинстве Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... иноплеменников и иноверцев сделали атрофию совести и благородства.

Еще в дохристианский период римляне начали практиковать в цирках, как специально построенных для этой цели, так и в перестроенных греческих театрах, вида кровавых схваток людей с Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... одичавшими животными либо меж собою. Обычай этот, возрастая до страшенных избиений, длился более пятисот лет, до эдикта правителя Константина, запретившего игры с убийством людей.

Обыденное притупление сильных чувств принуждало царей и Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... консулов увеличивать число убийств и варьировать приемы.

Помпей отпраздновал свою победу, устроив венацию, либо «охоту» в цирке. За 5 дней игрищ было убито 600 львов и тыща четыреста человек.

Правитель Тит, строитель Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... большущего цирка в Риме — Колизея, — истребил девять тыщ животных и двенадцать тыщ людей. В 1-ый же денек погибло семь тыщ человек и 5 тыщ животных. Христиане, зашитые в животные шкуры либо привязанные к столбам, были Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... пожираемы живьем под улюлюканье и вой пятидесяти тыщ зрителей — так именуемых свободных людей величавого городка.

Правитель Троян сгубил 20 четыре тыщи человек и одиннадцать тыщ животных. Слоны, гиппопотамы, львы, леопарды, медведи, гиены Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., крокодилы, тигры, кабаны — все погибало на потеху осатанелых толп. Тыщи голых дам, совершенно молодых женщин и деток были растерзаны на аренах хищниками, растоптаны слонами, носорогами и одичавшими быками.

Правитель Пробус насадил Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... лес на арене Колизея и устроил «охоту» из 100 львов, двухсотен леопардов и трехсот медведей. Люди — «охотники» — должны были убивать хищников маленькими копьями. На последующий денек были убиты три тыщи кабанов, оленей и Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... страусов.

Правитель Гордиан устроил празднование с тыщей медведей, а в денек тысячелетия Рима две тыщи гладиаторов погибли на арене. Подобные представления, естественно, были не в одном Риме, а во всех огромных городках.

Не наименьшую Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... бесчеловечность и духовную деградацию проявляли римляне и при собственных завоеваниях. Заместо почтения к мужеству и героическому сопротивлению собственных противников они учиняли подлую экзекуцию над невооруженным мирным популяцией, сгоняя побежденных совместно с Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... семьями, детками и стариками в рудники и каменоломни, где они медлительно погибали в нечеловеческих критериях, не имея воды для умывания, жилищ и постелей. Христиане и евреи подвергались в особенности ожесточенному воззванию. Когда Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... римские легионы подавили восстание в Иудее, то все ее население согнали в африканские каменоломни. Мужчины были кастрированы, ослеплены каленым железом на один глаз и в цепях, с клеймом на лбу должны были Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... разламывать именитый нумидийский мрамор для прекрасных римских строений. Если представить для себя колоссальное количество мрамора, употребляемое на форумы, дворцы, храмы, акведуки и даже дороги, то океан человечьих страданий не может не вызвать в душе Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... каждого реального человека омерзение и ненависть к непоправимому прошлому.

Такая была величавая цивилизация, оставившая гордые надписи «Глория Романорум» (Слава Римлян), которую народы Европы в протяжении многих веков считали недостижимым прототипом.

Возмездие, как Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... обычно, пришло поздно и обвалилось, как обычно, на невинных. Да и еще более поздние страны тоже состязались в жестокостях. Французские повелители, носившие тотчас гордые прозвища, вроде Короля-Солнце, с Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... несусветной дикостью расправлялись с иноверцами — тоже французами.

Скованных одной цепью по несколько сот человек, их гнали на галеры Средиземного моря, где в ужасающих критериях, полностью голые, прикованные к скамьям, они трудились на веслах на всю Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... жизнь, не имея за собой никакой вины. Любая галера нуждалась в 300–400 гребцах, а этих судов были тыщи на Средиземном море, в том числе и арабских, на которых мучились рабы-христиане Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком....

Более безжалостный султан Марокко Мулай-Измаил запер в собственном гареме восемьдесят тыщ пленниц. Не отставали от этих властелин и африканские царьки и королевы. Чтоб почтить погибель царицы темного народа Ашанти, три тыщи 500 рабов Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... были убиты отсечением рук и ног, часть сожжены заживо. Перед этими жестокостями белеют древние погребения царей, вроде фараона Джера, на могиле которого были убиты 587 человек, либо скифских вождей на Кубани и в Причерноморье Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., с массовыми избиениями людей и лошадок на курганах, обильно поливающих кровью жалкие останки.

Жемчужина старой культуры — Эллада, ставшая козьим пастбищем сначала Черных Веков; развалины еще больше старой цивилизации морских народов Крита; стертая Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... копытами азиатских полчищ культура Старой Руси; колоссальные избиения туземцев Южной Африки вторгшимися с севера племенами завоевателей — все это, уже знакомое, не вызывало новых ассоциаций. Но Родис никогда не лицезрела отрывков документальных съемок Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., инкрустированных в инсценированные киноленты о последних периодах ЭРМ. Массовые избиения приняли еще больше страшный нрав, соответственно повышению населения планетки и могучей технике. Большенные концентрационные лагеря — фабрики погибели, где голодом, изнуряющим трудом, газовыми Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... камерами, особыми аппаратами, извергающими целые ливни пуль, люди уничтожались уже сотками тыщ и миллионами. Горы людского пепла, груды трупов и костей — такое не снилось старым истребителям рода людского. Атомными бомбардировками за несколько Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... секунд уничтожались большие городка. Вокруг нацело выжженного центра, где сотки тыщ людей, деревья и постройки гибли одномоментно, размещался круг разрушенных построек, посреди которых ползали ослепленные, обожженные жертвы. Из-под обломков несся Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... бесконечный крик деток, призывавших родителей и моливших о воде. И опять шли сцены массовых репрессий, перемежавшихся с битвами, где тыщи самолетов, бронированных пушек на суше либо кораблей с самолетами на Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... морях сталкивались в сплошном шквале воющего железа и гремящего огня. 10-ки тыщ плохо вооруженных боец упрямо, напролом лезли на сплошную заавесь огня скорострельного орудия, пока гора трупов не заваливала укрепления, лишая противника способности Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... стрелять, либо же его бойцы не сходили с мозга. Бомбардировка городов, где храбрые люди прошедшего фотографировали рушащиеся и пылающие строения. Обреченные на погибель летчики-самоубийцы мчались через заавесь снарядов и разбивались о палубы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... циклопических кораблей, вздымая пламенные смерчи, летели ввысь люди, орудия, осколки машин. Подводные корабли внезапно появлялись из глубин моря, чтоб обрушить на противников ракеты с термоядерными зарядами…

— Очнитесь, земножительница, — услышала Фай Родис Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Чойо Чагаса.

Она вздрогнула, и он выключил проектор.

— Вы не знали всего этого? — саркастически спросил Чойо Чагас.

— У нас не сохранились настолько много киноленты прошедших времен, — ответила, приходя в себя, Фай Родис. — После Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ухода ваших звездолетов было еще величавое схватка. Наши праотцы не додумались упрятать документы под землю либо в море. Погибло почти все.

Чойо Чагас бросил взор на часы, Родис встала.

— Я Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... отняла у вас много времени. Простите, и благодарю вас.

Председатель Совета 4 приостановился, что-то соображая.

— Я вправду больше не могу быть с вами. Но если вы желаете…

— Безусловно!

— Потребуется не один денек!

— Я могу Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... обходиться длительно без еды. Нужна только вода.

— Воду отыщите тут. — Чойо Чагас отпер третьим ключом еще одну небольшую дверцу. — Видите зеленоватый кран? Это моя линия водоснабжения, — усмехнулся он, — пейте без Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... опасения.

Вы будете заперты, но сигнальный шкаф я оставлю открытым. Не пытайтесь выйти сами. Тут очень много ловушек. Материал по последнему веку вы не можете поглядеть ранее чем через два денька. Выдержите?

Фай Родис Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... молчком кивнула головой.

— Я приду за вами сам. Микрокатушки с переснятыми оригиналами — в этих ящиках. Успешно прожить! — так молвят у нас при расставании.

Фай Родис протянула властелину руку земным жестом дружбы. И Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... тот задержал ее, сжимая и вглядываясь в глубину зияющих «звездных» глаз собственной гостьи, так поразительно отличавшихся от всего, что было ему знакомо и на родной планетке, и в старых фильмах Земли, от Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... которой отреклись его праотцы.

В один момент этот странноватый человек отпустил, точнее, оттолкнул руку Родис и скрылся за дверцей. Большущая броневая плита захлопнулась отрывистым ударом, схожим на звук механического молота.

Родис занялась Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... упражнениями дыхания и сосредоточения, чтоб зарядить тело энергией для грядущего труда. Не только лишь просмотреть, да и сохранить в памяти увиденное. Очень поздно мыслить о записи через СДФ, ну и навряд ли переменный Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... владыка планетки согласился бы повторить собственный порыв.

Разобрав катушки, Родис увидела, что Чойо Чагас показал одну группу, обозначенную иероглифами, которые она прочитала как «Человек — человеку». 2-ой и 3-ий ящики Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... были надписаны: «Человек — природе» и «Природа — человеку».

Киноленты «Человек — природе» демонстрировали, как исчезали с лица Земли леса, пересыхали реки, уничтожались злачные земли, развеянные либо засоленные, погибали залитые отбросами и нефтью озера и моря. Большие участки Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... земли, изрытые горными работами, загроможденные отвалами шахт либо заболоченные напрасными попытками удержать пресную воду в нарушенном балансе водообмена континентов. Фильмы-обвинения, снятые в одних и тех же местах с промежутком Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... в несколько 10-ов лет. Жалкие кусты на месте величавых, как храмы, рощ кедров, секвой, араукарий, эвкалиптов, гигантов из густейших тропических лесов. Неразговорчивые, обнаженные, объеденные насекомыми деревья — там, где истребили птиц. Целые Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... поля трупов одичавших животных, отравленных из-за несведущего внедрения химикатов. И опять — неэкономное сожжение млрд тонн угля, нефти и газа, скопленных за млрд лет существования Земли, пучина уничтоженного дерева. Нагромождения целых гор битого стекла, бутылок Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., изоржавевшего железа, несокрушимой пластмассы. Изношенная обувь скапливалась триллионами пар, образуя отвратительные кучи выше египетских пирамид.

Ящик «Природа — человеку» оказался более противным. В ужасающих фильмах последних веков, где сталкивались сокрушительная сила Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... техники и колоссальные массы людей, людская особенность, невзирая на огромность мучения, стиралась, растворяясь в океане общего кошмара и горя. Человек — интегральная единица в битве либо предназначенной к уничтожению массе — равнялся по значению Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... к пуле либо подлежащему уборке мусору. Античеловечность и безысходный позор падения цивилизации, его масштабы так подавляли психику, что не оставляли места персональному сочувствию и осознанию мучений человека как близкого существа.

Киноленты Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... третьего ящика рассматривали отдельных лиц в большом плане, демонстрируя мучения и заболевания, возникающие из-за неразумной жизни, из-за разрыва с природой, недопонимания потребностей организма человека и хаотического, недисциплинированного деторождения. Промелькнули огромные городка, брошенные из Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком...-за нехватки воды, — рассыпавшиеся груды обломков бетона, железа, вспузырившегося асфальта. Большие гидроэлектростанции, занесенные илом, плотины, разломанные смещениями земной коры. Гниющие заливы и бухты морей, био режим которых был нарушен Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., а воды отравлены скоплением тяжеленной воды при убыстренном испарении искусственных маленьких бассейнов на перегороженных реках. Огромные полосы мертвенной пены повдоль опустелых берегов: темные — от нефтяной грязищи, белоснежные — от миллионов тонн моющих химикатов, спущенных в Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... моря и озера.

Потом потянулись горестной вереницей переполненные поликлиники, психиатрические поликлиники и укрытия для калек и кретинов. Докторы вели отчаянную борьбу с безпрерывно увеличивающимися болезнями. Санитарно-бактериологические познания истребили эпидемические заболевания, атаковавшие население Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... земли снаружи. Но отсутствие разумного осознания биологии вкупе с ликвидацией ожесточенного отбора слабеньких расшатали крепость организма, приобретенную миллионами лет отбора. Внезапные неприятели напали на человека изнутри. Различные аллергии, самым ужасным выразителем Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... которых был рак, недостатки наследственности, психологическая неполноценность множились и стали подлинным бедствием. Медицина, как ни удивительно, не считавшаяся до этого наукой главной значимости, опять-таки рассматривала отдельного человека как абстрактную численную единицу Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и оказалась не готовой к новым формам заболеваний.

Еще более бед прибавила грубая фальсификация еды. Хотя перед очами населения земли уже был грустный опыт с маниокой, бататом и кукурузой — крахмалистой едой древних Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... обществ тропических областей, — но даже в эру ЭРМ ему не вняли. Не желали осознать, что это обилие еды — кажущееся; по сути она неполноценна. Потом наступало постепенное истощение от нехватки белков, а Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... на стадии дикости развивался каннибализм. Нехорошее питание увеличивало число беспомощных, вялых людей — тяжкое бремя для общества.

Фай Родис чуть хватило сил глядеть на замученных раком нездоровых, ничтожных, дефективных малышей, апатических взрослых; полных Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... сил людей, энергия и жажда деятельности которых привели к износу сердца, неминуемому в критериях нелегкой жизни прошедших времен, и к досрочной погибели.

Грознее всего оказались нераспознанные психозы, неприметно подтачивавшие сознание человека и коверкавшие Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... его жизнь и будущее его близких. Алкоголизм, садистская злость и беспощадность, аморальность и невозможность сопротивляться даже минутным желаниям превращали, казалось бы, обычного человека в мерзкого скота. И ужаснее всего, что Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... люди эти распознавались очень поздно. Не было законов для огораживания общества от их действий, и они успевали морально покалечить многих людей вокруг себя, в особенности же собственных собственных деток, невзирая на исключительную самоотверженность Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... дам — их жен, возлюбленных и матерей…

«А точнее, — поразмыслила Родис, — благодаря этой самоотверженности, терпению и доброте распускались пышноватые цветочки зла из застенчивых бутонов исходной несдержанности и безволия. Более того, терпение и кротость Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... дам помогали мужикам сносить деспотию и несправедливость публичного устройства. Унижаясь и холуйствуя перед вышестоящими, они позже вымещали собственный позор на собственной семье. Самые деспотические режимы длительно существовали там, где дамы были более угнетены Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и безответны: в мусульманских странах старого мира, в Китае и Африке. Всюду, где дамы были превращены в рабочую скотину, воспитанные ими малыши оказывались несведущими и отсталыми дикарями».

Эти суждения показались Фай Родис Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... увлекательными, и она продиктовала их записывающему устройству, сокрытому в зеркальном крылышке правого плеча.

Увиденное потрясло Фай Родис. Она понимала, что киноленты старых звездолетов прошли особый отбор. Люди, ненавидевшие свою планетку, разуверившиеся Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... в возможности населения земли выкарабкаться из ада неустроенной жизни, взяли с собой все порочащее цивилизацию, историю народов и государств, чтоб 2-ое поколение уже представляло для себя покинутую Землю местом несусветного мучения, куда нельзя Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ворачиваться ни при каких испытаниях, даже при катастрофическом конце пути. Возможно, это чувство разрыва с прошедшим принудило протцов сегодняшних тормансиан, когда им умопомрачительно посчастливилось отыскать совсем применимую для жизни планетку без разумных созданий Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., объявить себя вторженцами с сказочных Белоснежных Звезд, потомками могучей и мудрейшей цивилизации. Ничто не мешало бы и позже демонстрировать киноленты земных ужасов. На их фоне современная жизнь Торманса смотрелась бы сущим Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... раем. Но стало уже небезопасно разрушать укоренившуюся веру в некоторую высшую мудрость Белоснежных Звезд и ее хранителей — олигархов. Наверняка, существовали и другие мотивы.

Фай Родис утомилась. Сняв узкую ткань псевдотормансианской Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... одежки, она сделала сложную систему упражнений и окончила импровизированным танцем. Нервозная скачка мыслей тормознула, и Родис стала вновь способна к размеренному размышлению. Усевшись на конец большущего стола в традиционной позе старых восточных мудрецов, Родис Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... сосредоточилась так, что все окружающее пропало и перед ее мысленным взглядом осталась только родная планетка.

Даже она, специалистка по самому критичному и суровому периоду развития земного населения земли, не представляла весь объем и Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... всю глубину инферно, через которое прошел мир на пути к разумной и свободной жизни.

Древнейшие люди жили в этих критериях всю жизнь, другой у их не было. И через Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... этот частокол невежества и беспощадности из поколения в поколение веками протягивались золотые нити незапятанной любви, совести, благодатного соболезнования, помощи и самоотверженных поисков выхода из инферно. «Мы привыкли преклоняться перед титанами искусства и научной мысли, — задумывалась Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Родис, — но ведь им, одетым в броню отрешенного творчества либо зания, было легче пробиваться через тяготы жизни. Куда сложнее приходилось обычным людям — не мыслителям и не художникам. Единственным, чем могли они защищаться Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... от ударов жизни, были избитые и помятые в ее невзгодах мечты и фантазии. И все таки… вырастали новые, подобные им, умеренные и добрые люди неприметного труда, по-своему преданные высочайшим рвениям Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... И за Эпохой Разобщенного Мира наступила Эпоха Мирового Воссоединения, и Эпоха Общего Труда, и Эпоха Встретившихся Рук».

Только сейчас не мозгом, а сердечком сообразила Фай Родис всю неизмеримость цены, заплаченной населением Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... земли Земли за его коммунистическое истинное, за выход из инферно природы. Сообразила заного мудрость охранительных систем общества, остро ощутила, что никогда, ни при каких критериях, во имя чего бы то ни было нельзя Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... допускать ни мельчайшего отличия к прежнему. Ни шага вниз по лестнице, назад в тесноватую пучину инферно. За каждой ступенью этой лестницы стояли миллионы человечьих глаз, скучающих, мечтающих, страдающих и суровых. И море Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... слез. Как велик и как прав был учитель Кин Рух, поставивший теорию инфернальности в базу исследования старой истории! Только после него совсем выяснилось важное психологическое событие старых эпох — отсутствие выбора. Поточнее, выбор Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., настолько осложненный публичным неустройством, что всякая попытка преодоления событий вырастала в морально-психологический кризис либо в суровую физическую опасность.

Прямо за идеями об учителе перед Фай Родис появился образ другого человека Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., тоже не убоявшегося духовного бремени исследователя истории ЭРМ.

Устроитель именитых раскопок, артистка и певица Веда Конг была для Родис с детских лет постоянным эталоном. Давным-давно тело Веды Конг улетучилось в голубой вспышке высокотемпературного Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... похоронного луча. Но прекрасные стереофильмы Эпохи Величавого Кольца как и раньше несут через века ее живой очаровательный вид. Много юных людей увлекалось рвением пройти этим же методом. В обществе Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., где история считается важнейшей наукой, многие выбирают эту специальность. Но историк, сопереживающий все невзгоды и труды людей изучаемой эры, подвергается тотчас нестерпимой психической нагрузке. Большая часть избегает суровых Черных Веков и ЭРМ, проникновение в которые Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... просит особенной выдержки и духовной тренировки.

Фай Родис ощутила всю тяжесть прошедшего, легшую на ее душу, тяжесть веков, когда история была не наукой, а только инвентарем политики и подавления, нагромождением ереси. Сильно Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... много усилий фальсификаторы прилагали, чтоб унизить рядовых людей стародавних времен и тем вроде бы восполнить неполноценную, ничтожную жизнь их потомков. Для людей новых, коммунистических эр истории Земли, бесстрашно и самоотреченно Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... углублявшихся в прошедшее, огромность встреченного там мучения ложилась темной тенью на всю жизнь.

Родис так глубоко ушла в свои раздумья, что не услышала лязга бронированной двери, осторожно открытой Чойо Чагасом. Верхнее освещение оставалось Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... выключенным. Только бледноватые лучи фиолетовых газовых ламп перекрещивались в сумраке подземного зала. Не сходу Чойо Чагас сообразил, что лицезреет свою гостью в обтягивающем, как собственная кожа, скафандре, и скупо принялся Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ее рассматривать. Фай Родис возвратилась к истинному, просто соскочила со стола и под пристальным взором Чойо Чагаса пошла к стулу, на котором лежала ее одежка. Чойо Чагас поднял руку, останавливая Родис. Она недоуменно Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... поглядела на него, поправляя волосы.

— Неужели все дамы Земли так великолепны?

— Я самая обычная, — улыбнулась Фай Родис и спросила: — Мой вид в скафандре доставляет вам наслаждение?

— Конечно. Вы так особенно красивы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком....

Фай Родис свернула узкую одежку в пышноватый жгут и обмотала вокруг головы, наподобие широкого тюрбана. Насаженый немного набекрень, тюрбан придал правильным и маленьким чертам земной дамы беззаботное и коварное выражение.

Чойо Чагас Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... зажег верхний свет и канителил, смотря на гостью с нескрываемым восхищением.

— Неужели в звездолете есть дамы еще лучше вас?

— Да. Олла Дез, к примеру, но она не появится тут.

— Жаль.

— Я попрошу ее станцевать вам Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком....

Они возвратились в зеленоватую комнату, покинутую Родис три денька вспять. Чойо Чагас предложил ей отдохнуть. Родис отказалась.

— Я спешу. Я повинна перед спутниками. Мои друзья, наверняка, беспокоятся. Киноленты земного прошедшего принудили Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... меня запамятовать об этом. Но я так благодарна вам за откровенность! Просто представить, как принципиальна для историка эта встреча с документами и произведениями старого искусства, утраченными у нас на Земле.

— Вы одна Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... из очень немногих, видевших это, — сердито произнес Чойо Чагас.

— Вы связываете меня обещанием ничего не гласить жителям вашей планетки?

— Вот конкретно!

Фай Родис протянула руку, и снова Чойо Чагас попробовал задержать ее Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... в собственной. Раздался легкий свист переговорного устройства. Владыка отвернулся к столику, произнес несколько неразборчивых слов. Скоро в комнату вошел взволнованный инженер Таэль. Остановившись у двери в уважительной позе, он поклонился Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Чойо Чагасу, не сходу заметив Родис в глубине комнаты.

— Г ости Земли отыскивают свою владычицу. Они явились в Зал Осуждения и привели с собой один из девятиножных аппаратов. Какие последуют приказания?

— Никаких Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком.... Владычица их тут, она на данный момент присоединится к ним. А вы останетесь для совета!

Инженер Таэль оборотился и остолбенел. Железная Родис, украшенная задористым черным тюрбаном, под которым сияли ее необычные зеленоватые глаза, показалась Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ему могущественным созданием неизвестного мира. Она стояла независимо и свободно, что было невообразимо для дамы Ян-Ях, на сто процентов открытая и в то же время такая дальная и труднодоступная, что инженеру Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... стало больно до отчаяния.

Фай Родис приветливо улыбнулась ему и обратилась к председателю Совета 4:

— Вы позволите скоро повидаться с вами?

— Конечно. Не забудьте о вашей Олле и танцах!

Фай Родис вышла. Она сейчас Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... прогуливалась без провождающего через пустынные коридоры и безлюдные залы. В первом зале с розовыми стенками, с клинописью темных стрел и ломаных линий стояла дама. Родис выяснила супругу владыки, давшую Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... свое имя целой планетке. Прекрасные губки Янтре Яхах искривились в высокомерной ухмылке, резче стал недобрый излом бровей.

— Я вижу вашу игру, но не ждала от ученой предводительницы вторженцев такового бесстыдства и наглости!

Фай Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Родис молчала, вспоминая семантику позабытых на Земле бранных слов, с которыми пришлось познакомиться на Тормансе. Это еще более разозлило тормансианку.

— Я не позволю, чтоб вы разгуливали тут в таком виде! — воскликнула Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... она.

— В каком виде? — недоуменно обозрела себя Фай Родис. — А, кажется, я понимаю. Но ваш супруг произнес, что этот вид доставляет ему наслаждение.

— Сказал! — задохнулась от гнева Янтре Яхах. — Вы не соображаете, что вы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... неприличны! — Она с подчеркнутым омерзением обозрела Родис.

— Одеяние не годится для улицы при ваших характерах, — согласилась Родис. — Но в жильях? Ваша одежка, к примеру, мне кажется и поболее прекрасной, и поболее Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... вызывающей.

Тормансианка, одетая в платьице с низким корсажем, обнажающим грудь, и недлинной, разрезанной на узенькие ленты юбкой, при каждом движении открывающей ноги, казалась вправду более нагой.

— Кроме того, — чуть приметная ухмылка скользнула по Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... губам Родис, — в этом металле я полностью недосягаема.

— Вы, земляне, либо непомерно наивны, либо очень хитры. Неуж-то вы не осознаете, что красивы, как ни одна дама моей планетки? Красивы, необычны и Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... небезопасны для наших парней… Даже только глядеть на вас… — Янтре Яхах нервно сжала руки. — Как мне разъяснить вам? Вы привыкли к совершенству тела, это стало у вас нормой, а у нас — редчайший дар Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком....

Фай Родис положила руку на оголенное плечо Янтре Яхах, и та отшатнулась, замолчав.

— Простите меня, — немного поклонилась Родис. Она размотала тюрбан и одномоментно оделась.

— Но вы обещали супругу какие-то танцы Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком...?

— Да, и эго придется выполнить. Я не думаю, что это может быть вам неприятно. Но дела с королем планетки — особенное дело, касающееся контакта наших миров.

— И я здесь ни при чем? — опять вспыхнула Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... тормансианка.

— Да! — подтвердила Фай Родис, и Янтре Яхах скрылась, немая от ярости.

Фай Родис постояла в раздумье и медлительно пошла через зал. Мощная вялость притупила ее обычную остроту эмоций. Она пересекла 2-ой Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., желтоватый с карим, зал и только вступила в последнюю, слабо освещенную галерею, соединявшую покой владыки с отведенной землянам частью дворца, как ощутила чей-то взор. Родис одномоментно собралась в психологическом усилии, называвшемся Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... приемом отражения злонамеренности. Сдавленный звук, походивший на вскрик удивления и недоумения, послышался из мглы. Родис, напрягая волю, прошла мимо, а сзади нее, низковато пригнувшись, бежал человек, направляясь в ту сторону Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., откуда она пришла.

И тут-то понизу что-то тяжко грохнулось. Крик СДФ, призывающий Родис, просочился во все закоулки дворца. Пробежали стражники. Это был тот момент, когда «спасательная» компания провалилась через пол Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Зала Мрака, либо Зала Осуждения, как он официально именовался.

Люди Земли еще не понимали, что охрану дворца и низших начальников нельзя рассматривать как обычных, пусть недостаточно образованных и воспитанных, но отвечающих за свои Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... поступки людей. Нет, «лиловые» были морально ущербными, психологически сломленными созданиями, неспособными рассуждать и вполне освободившими себя от ответственности, преданными без остатка воле высших начальников. К такому заключению и пришли космонавты, обсудив происшедшее после Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... недлинного отчета Фай Родис.

— Все мы наделали огромное количество ошибок. — Родис обвела товарищей смеющимися очами. — Мне ли корить вас, когда мне самой охото как-то расшевелить, разворотить это чугунное упорство, желание сохранять Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... страшные порядки?

— Нас совершенно подавили хранилища инфы, — произнесла Чеди, — древние храмы и другие брошенные помещения, набитые штабелями книжек, бумаг, карт и документов, заплесневевших, время от времени полусгнивших. Чтоб разобрать хотя бы одно Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... такое хранилище, необходимы сотки усердных работников, а примерное число хранилищ по всей планетке — около трехсот тыщ.

— Не лучше дело и с произведениями искусства, — увидел Гэн Атал. — В Домах Музыки Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., Живописи и Статуи выставлено только то, что нравится Совету 4 и их наиблежайшим приспешникам. Все другое, старенькое и новое, свалено в запертых, никем не посещаемых зданиях. Я заглянул в одно. Там груды слежавшихся холстов Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и хаотичные пирамиды статуй, покрытых толстым слоем пыли. Сердечко сжимается при взоре на это кладбище колоссального творческого труда, желаний, надежд, так «реализованных» населением земли Ян-Ях!

— В общем, все ясно, — произнесла Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Эвиза Танет. — Находясь тут, мы ничего не увидим, не считая того, что нам захочут показать. В итоге мы доставим на Землю страшенно искаженную картину жизни Торманса, и наша экспедиция принесет очень малую пользу!

— Что же Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... вы предлагаете? — спросил Вир Норин.

— Отправиться в гущу обыкновенной жизни планетки, — убежденно ответила Эвиза. — На деньках мы сможем снять скафандры, и наш железный вид не будет смущать окружающих.

— 1 Снять скафандры? А орудие Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... убийц? — воскрикнул Гэн Атал.

— И все таки придется, — расслабленно произнесла Родис, — по другому нас будут сторониться люди Торманса. А только через их мы получим настоящее представление о жизни тут Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., ее целях и смысле. Несуразно рассчитывать, что наша семерка раскопает большие залежи заброшенной инфы и сумеет разобраться в ней. Нам необходимы люди из различных мест, различных публичных уровней и профессий. Профессия тут очень Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... принципиальна, она у их одна на всю жизнь.

— И невзирая на это, они работают плохо, — увидела Чеди. — Тивиса и Тор осматривали био университеты планетки и были поражены неописуемой запущенностью заповедников и парков: истощенные, умирающие Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... леса и совсем выродившаяся фауна. Снимайте быстрее скафандры, Эвиза!

— Придется потерпеть еще дней 6.

Космонавты стали расходиться по комнатам, чтоб приготовить еще одну передачу на «Темное Пламя».

— Вы желали узреть Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Веду Конг? Тогда пойдемте, — вдруг обратилась Родис к Чеди.

Длительно безмолвствовавший темный СДФ засеменил из угла к диванчику. Фай Родис достала из него «звездочку» памятной машины с еще нетронутой оберткой и развернула Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... фольгу. Гранатово-красный цвет гласил о биографии лирического направления. Несколько манипуляций Родис — и перед высочайшей, задрапированной голубым стенкой появилось женское видение. Стереофильмы ЭВК ничем не уступали современным, и Веда Конг, через ушедшие в Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... прошедшее века, вошла и села перед Родис и Чеди в тонко плетенное железное кресло тех пор.

— Я поставила на 5-ый луч, — шепотом произнесла взволнованная Родис. — То, что я никогда не лицезрела сама, — последнее Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... десятилетие ее жизни. Когда она окончила расшифровку военной истории 4-ого периода ЭРМ…

Чеди, устроившаяся в далеком углу дивана, лицезрела впереди себя сразу Веду Конг и Фай Родис, вроде бы сидячих Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... друг против друга, даму Эпохи Величавого Кольца и даму Эпохи Встретившихся Рук… Любая школьница Земли знала Веду Конг, исследовательницу ужасных подземелий ЭРМ, героиню старых сказок, возлюбленную 2-ух именитых людей собственного времени — Эрг Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Ноора и Дар Ветра, приятельницу знаменитого Рен Боза. Чеди ассоциировала знакомый образ с живой продолжательницей ее дела. Фай Родис не пришлось пробиваться через толщи камня и угрозы оградительных устройств. В пучине космоса Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... на расстоянии, немыслимом даже для людей эры Веды Конг, она отыскала целую планетку, вроде бы уцелевшую от тех критичных времен земного населения земли. Чеди с детским восхищением рассматривала тонкое лицо Веды, нежное, с Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... нежными сероватыми очами, с мечтательной ухмылкой. Голова чуток склонилась под тяжестью большущих кос. Годы не отразились на девичьей стройности ее фигуры, но Чеди, по сопоставлению с фильмами юных лет Веды, показалось, как будто Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... сокрытая печаль пронизывала все ее существо.

Величавое обилие людского вида на Земле, в особенности в Эру Общего Труда, когда стали соединяться самые разные расы и народности, превосходило всякое воображение. Различные цвета Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... волос, глаз, цвета кожи и особенности телосложения сочетались в потомках кхмеро-эвенко-индийцев, испано-русско-японцев, англо-полинезо-зулусо-норвежцев, баско-итало-арабо-индонезийцев и т. д. Перечисление этих бессчетных композиций занимало Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... целые катушки родословных. Широта выбора генетических сочетаний обеспечивала бесконечность жизни без вырождения, другими словами безграничное восхождение населения земли. Счастье Земли заключалось в том, что население земли появилось из разных отдаленных групп Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... и сделало на историческом пути огромное количество обособлений, культурных и физических. К Эпохе Величавого Кольца тип человека Земли стал более совершенным, заменив многозначные типы Эпохи Общего Труда. До конца этой Эпохи люди делились на две Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... главные категории: неандерталоидную — крепкую, с громоздкими костями грубоватого сложения, и кроманьоидную — с более узким скелетом, высочайшим ростом, более хрупкую на психическом уровне и узкую в эмоциях. Дело генетиков было взять от Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... каждой наилучшее, слив их в одно, что и сделали в протяжении ЭВК. А к ЭВР чистота вида стала еще лучше выражена, как это лицезрела Чеди, сравнивая аскетическую твердость вроде бы вырезанного Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... из камня лица Фай Родис с мягеньким видом Веды Конг.

Фай Родис отражала еще одну ступень увеличения энергии и универсальности человека, сознательно вырабатываемой в обществе, избегающем гибельной специализации. Фай Родис во всем Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... казалась плотнее, тверже дамы ЭВК — и очертаниями сильного тела с крепким скелетом, и посадкой головы на высочайшей, но не узкой шейке, и непоколебимым взором глаз, расставленных обширнее, чем у Веды, и соответственно большей Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... шириной лба и подбородка.

Кроме этих снаружи архаичных черт большей психофизической силы и крепости тела, Родис и внутренне отличалась от Веды Конг. Если к Веде хоть какой потянулся бы неоспоримо и доверчиво Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком..., то Родис была бы ограждена чертой, для преодоления которой требовались уверенность и усилие. Если Веда вызывала любовь с первого взора, то Родис — преклонение и некую опаску.

Веда Конг обратилась к невидимой аудитории:

«Две Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... песни военного периода ЭРМ, не так давно переведенные Тир Гвистом. Мелодии оставлены без изменения».

Чьи-то руки передали Веде легкий музыкальный инструмент с широким плоским резонатором и струнами, натянутыми на Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... длиннющий гриф. Пальцы ее извлекли долгие звенящие звуки обычный и тоскливой, как падающие слезы, мелодии.

«Молитва о пуле», — произнесла Веда, и ее маленький сильный глас заполнил огромную комнату дворца.

Воззвание к Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... какому-то богу с мольбой о ниспослании смерти в бою, так как в жизни для человека уже более ничего не оставалось.

— «Смертельную пулю пошли мне навстречу, ведь благодать непомерна твоя», — повторила Чеди. — Как могло Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... общество довести человека, видимо, размеренного и храброго, до молитвы о пуле?

Другая песня показалась еще больше неописуемой:

Счастлив только мертвый! Летят самолеты,

Пушки грохочут и танки идут,

Струи пуль хлещут, живы трепещут Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком...,

И горы трупов вырастают…

Веда Конг пела, склоняясь к рокочущим тоскливо и грозно струнам. Незнакомая горьковатая черточка искажала ее губки, предназначенные для открытой ухмылки.

«Выйдешь на море — трупы на волнах…»

Чуть пропало Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... изображение, Фай Родис встала и произнесла с горечью:

— Веда Конг лучше нас чувствовала всю безмерность мучения, перенесенного нашими праотцами.

— Неужели антигуманизм был так обширно всераспространен в ЭРМ, неуж-то он определял течение всей Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... жизни? — спросила Чеди.

— К счастью, нет. И все таки антигуманизм пронизывал все, даже искусство. Наибольшие поэты тех времен позволяли для себя стихи вроде этих. — Родис произнесла низковато и звучно: — «Пули погуще по Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... оробелым, в гущу бегущим грянь, парабеллум!»

— Невозможно! — удивилась Чеди. — Что такое парабеллум?

— Пулевое карманное орудие.

— Так это серьезно? Лупить гуще пулями по бегущим, спасающимся от угрозы? — Чеди помрачнела.

— Совершенно серьезно.

— Но к Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... чему же это привело?

Заместо ответа Родис открыла стену СДФ и вытащила продолговатый ромбический футляр кристалло-волнового органа. Подняв его на разведенных пальцах левой руки, она пару раз провела Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... над ним ладонью правой. Зазвучала музыка, могучая и недобрая, катившаяся валом, в каком утопали и захлебывались диссонансные аккорды растянутых звуков. Но эти приглушенные жалобы крепчали, сливались и скручивались в вихрь проклятья и издевки.

Чеди невольно Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... сжалась.

Звуки с визгом, то понижаясь, то повышаясь, расплывались в приглушенном рычании. В этот хаос ломающейся, скачущей мелодии вступил глас Фай Родис:

Земля, оставь шутить со мною,

Одежки бедные скинь

И стань, как Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... ты и есть, — звездою,

Огнем пронизанной насквозь!

Громкий свист и вой, как будто вспышка атомного пламени, взвились следом, и музыка оборвалась.

— Что это было? Откуда? — задыхаясь, спросила Чеди.

— «Прощание Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... с планеткой скорби и гнева», 5-ый период ЭРМ. Стихи более древнейшие, и я подозреваю, что поэт некогда вложил в их другой, лирический, смысл. Желание полного ликвидирования неудавшейся жизни на планетке, охватившее его потомков, реализовалось, а Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... именно, в бегстве протцов тормансиан.

— И невзирая на все это, наша Земля возродилась светлой и незапятанной.

— Да, но не все население земли. Тут, на Тормансе, все повторяется.

Чеди прильнула к Глава шестая - Иван Ефремов писатель, в корне изменивший лицо отечественной фантастики романом-утопией о далеком... Фай Родис, как будто дочь, ищущая поддержки мамы.



glava-rossijskogo-pravitelstva-dmitrij-medvedev-utverdil-gosudarstvennuyu-programmu-razvitie-obrazovaniya-na-2013-2020-godi-soobshaet-vo-vtornik-press-sluzhba-kabmina.html
glava-rostovskoj-oblasti-ostalsya-nedovolen-protivopozharnimi-merami-v-regione-yugaru-05082010.html
glava-rzhd-poobeshal-goszakazi-uralskim-izgotovitelyam-elektrovozov-no-ot-sokrashenij-eto-ih-ne-spaset.html