Глава шестая Подгоревшее печенье

Глава шестая Подгоревшее печенье

Инструкция

Олимп в угрозы! Кронос, собравший гигантскую армию титанов, желает захватить и повредить олимпийскую твердыню. Чтоб его план сработал наверное, властелин титанов совершает отвлекающий маневр и высвобождает Тифона. Обманутые боги вступают в схватка с этим ужасным чудовищем, оставив без защиты свою обитель. И только Перси Джексон – единственный, кто раскусил военную хитрость Кроноса. Вкупе Глава шестая Подгоревшее печенье с друзьями-полукровками он встает на защиту Олимпа. Получится ли им отбить атаки монстров либо заступникам придется погибнуть в неравном бою? Надежды они могут лишь на волшебство. И на помощь богов – тех, кто пока держит в этой схватке нейтралитет.


Рик Риордан
«Перси Джексон и Последнее Пророчество»

Глава 1-ая
Круиз со Глава шестая Подгоревшее печенье взрывом

Конец света начался с того, что на капот моей машины приземлился пегас.

Ранее момента я отлично проводил время. Вообще-то я еще не был должен садиться за руль, так как шестнадцать мне исполнялось только через неделю, но мать и мой отчим Пол повезли меня и мою подругу Глава шестая Подгоревшее печенье Рейчел на личный пляж на Саут-Шор, и Пол позволил нам мало проехаться на его «тойоте приус».

Вы, наверняка, думаете: «Ну и безответственный тип этот Перси Джексон», и всякое такое. Но Пол отлично меня знает. Он лицезрел, как я разрубаю напополам бесов и выпрыгиваю из пылающего строения школы, так что он Глава шестая Подгоревшее печенье решил: если я проеду на его тачке две-три сотки ярдов, то особенного вреда от этого не будет.

Ну, в общем, сели мы с Рейчел в машину. Стоял горячий августовский денек. Рыжеватые волосы Рейчел были стянуты сзади в хвостик, а поверх купальника она надела белоснежную рубаху. Я всегда Глава шестая Подгоревшее печенье лицезрел ее исключительно в затрепанных футболках и заляпанных краской джинсах, а сейчас она смотрелась… ну просто на 100 миллионов золотых драхм.

– Остановись-ка вон там, – произнесла она.

Мы тормознули на гребне, откуда раскрывался красивый вид на Атлантику. Море – одно из самых моих возлюбленных мест на свете, но сейчас здесь было Глава шестая Подгоревшее печенье в особенности здорово: сверкающая бирюза, ровненькая, как стекло, как будто мой отец решил выровнять для нас океан.

Да, кстати, моего отца зовут Посейдон. И он в таких делах большой умелец.

– Ну, – улыбнулась мне Рейчел. – Потому что насчет приглашения?

– Ах да…

Я попробовал изобразить на лице живой энтузиазм. Дело Глава шестая Подгоревшее печенье в том, что она пригласила меня на три денька в пригородный дом их семейства в Сент-Томасе. Я редко получал такие приглашения. У нас в семье на выходные принято снимать какую-нибудь развалюху на Лонг-Айленде, брать напрокат несколько кинофильмов и брать две-три замороженные пиццы. А здесь предки Глава шестая Подгоревшее печенье Рейчел были готовы принять меня на Карибском море.

К тому же мне просто нужно было придти в себя. Прошедшее лето было самым сложным в моей жизни, и не воспрепядствовало бы отдохнуть некоторое количество дней.

Но, с другой стороны, сейчас в хоть какой денек могло случиться чего-нибудть очень принципиальное Глава шестая Подгоревшее печенье. Меня могли вызвать в всякую минутку. Ужаснее того, на последующей неделе был денек моего рождения, и у меня никак не выходило из головы предсказание, утверждавшее: в момент, когда мне исполнится шестнадцать лет, случится нечто ужасное.

– Перси, – продолжала Рейчел, – я знаю, что время не самое подходящее. Но у тебя подходящего никогда не Глава шестая Подгоревшее печенье бывает.

Аргумент был весомый.

– Нет, правда, я очень желаю поехать, – произнес я. – Просто…

– Война.

Я кивнул. Я не обожал об этом распространяться, но Рейчел все знала. В отличие от большинства смертных она могла созидать через Туман – ту магическую заавесь, которая искажает действительность для обыденных людей. Она лицезрела чудовищ. Она Глава шестая Подгоревшее печенье встречалась с другими полубогами, которые сражались против титанов и их союзников. Она присутствовала тогда, когда разрубленный на маленькие части Кронос восстал из гроба в собственном страшном новеньком обличье. Тогда она заслужила мою нескончаемую благодарность, засадив ему в глаз голубой расческой.

Рейчел положила ладонь мне на руку.

– Ты задумайся, хорошо? Мы Глава шестая Подгоревшее печенье уезжаем через пару дней. Мой папа… – Она замялась.

– Он что, житья для тебя не дает? – спросил я.

– Он пробует быть со мной хорошим, а это еще ужаснее. – Рейчел с омерзением тряхнула головой. – Он желает, чтоб я осенью поступила в женскую академию Кларион.

– Это школа, где обучалась твоя мама Глава шестая Подгоревшее печенье?

– Это такая дурацкая школа-пансион для богатых девченок аж в самом Нью-Гемпшире. Ты меня представляешь в школе-пансионе?

Я согласился, что это и по правде очень тупо. Рейчел была задействована в различных городских художественных проектах, она кормила бескровных, участвовала в маршах протеста под девизом «Спасем исчезающего желтобрюхого дятла-сосуна Глава шестая Подгоревшее печенье» и во всяких схожих мероприятиях. Я никогда не лицезрел ее в платьице, а представить ее в пансионе с благонравными девченками – вообщем невообразимо.

Рейчел вздохнула.

– Он считает, что если будет меня ласкать, то я почувствую себя виновной и сдамся.

– И потому он позволил пригласить меня?

– Да… но, Перси, ты Глава шестая Подгоревшее печенье этим самым оказал бы мне гигантскую услугу. Если б ты поехал с нами, все было бы еще лучше. И позже, мне необходимо побеседовать с тобой кое о чем… – Рейчел в один момент замолчала.

– Ты хочешь со мной о кое-чем побеседовать? – спросил я. – Ты хочешь сказать, это так Глава шестая Подгоревшее печенье серьезно, что мы для этого разговора должны ехать в Сент-Томас?

Рейчел надула губки.

– Слушай, забудь об этом… пока. Давай создадим вид, что мы совсем обычные люди. Мы поехали проехаться, мы смотрим на океан, и нам отлично совместно.

Я лицезрел, что-то ее истязает, но Рейчел одарила меня храброй ухмылкой Глава шестая Подгоревшее печенье. В солнечных лучах волосы у нее как будто огнем горели.

Этим летом мы много времени проводили совместно. Не то чтоб это входило в мои планы, но чем более напряженной становилась обстановка в лагере, тем посильнее мне хотелось позвонить Рейчел и удрать на какое-то время, чтоб вздохнуть полной грудью Глава шестая Подгоревшее печенье. Мне нужно было припоминать для себя, что мир смертных оставался тут, рядом, и там не обитали монстры, которые рассматривали меня в качестве собственной индивидуальной боксерской груши.

– Отлично, – произнес я. – Обыденный денек и два обыденных человека.

Рейчел кивнула.

– И поэтому… гипотетически, если эти двое нравятся друг дружке, то чего стоит Глава шестая Подгоревшее печенье глуповатому парню поцеловать даму?

– О-о… – Я ощутил себя одной из священных скотин Аполлона – неуклюжим, туповатым и пунцовым от смущения. – Гм…

Не стану делать вид, как будто я не задумывался о Рейчел. С ней было намного проще, чем… ну, чем с другими моими знакомыми девчонками. Мне не приходилось Глава шестая Подгоревшее печенье из кожи вон лезть, либо смотреть за своими словами, либо разламывать голову, пытаясь сообразить, что она задумывается. Рейчел ничего не скрывала. Она обо всем гласила напрямик.

Не знаю, что бы я сделал… но я был так ошарашен, что даже не увидел, как с небес упала какая-то темная громила и Глава шестая Подгоревшее печенье всеми 4-мя копытами с громким стуком и скрежетом приземлилась на капот «тойоты».

«Привет, шеф, – произнес глас у меня в голове. – Отменная машина».

Пегас Пират был моим старенькым товарищем, а поэтому я не очень расстроился из-за вмятин, что он оставил на капоте.

«Правда, – пошевелил мозгами я, – Пол Глава шестая Подгоревшее печенье Блофис от их в экстаз не придет».

– Пират – вздохнул я, – что ты…

И здесь я увидел, кто восседает у него на спине, и сообразил, что денек у меня будет посложнее, чем я задумывался сначала.

– Привет, Перси!

Чарльз Бекендорф, предводитель домика Гефеста, был огромным спецом по чудовищам – они, чуть завидев его, разбегались с Глава шестая Подгоревшее печенье кликом: «Ой, мамочка!» Бекендорф – здоровый афроамериканец с огромными мускулами, которые он каждое лето накачивает в кузнице. Он на два года старше меня и считается в лагере наилучшим спецом по изготовлению доспехов. Также он делал и достаточно суровые механические штуки различного рода. Месяцем ранее Бекендорф подбросил бомбу с греческим Глава шестая Подгоревшее печенье огнем в туалет автобуса, перевозящего чудовищ. И как 1-ая гарпия спустила воду в унитазе, целый легион злостных тварей взлетел на воздух – подарочек Кроносу.

На Бекендорфе были боевые доспехи – бронзовый нагрудник и шлем, – камуфляжные брюки, а на боку – клинок. На плече у него висел мешок со взрывчаткой.

– Время пришло? – спросил Глава шестая Подгоревшее печенье я.

Он темно кивнул.

В горле у меня образовался комок. Я знал, что это безизбежно. Мы неделями планировали наши деяния, но я все таки всекрете возлагал надежды, что этого не случится.

– Привет, – произнесла Рейчел, смотря на Бекендорфа.

– Здоро во! Меня зовут Бекендорф. А ты, наверняка, Рейчел. Перси мне говорил… другими Глава шестая Подгоревшее печенье словами он упоминал о для тебя.

Рейчел подняла бровь.

– Правда? Отлично. Означает, я так понимаю, вы, ребятки, сейчас должны отчаливать выручать мир.

– Вот конкретно, – подтвердил Бекендорф.

Я беспомощно поглядел на Рейчел:

– Ты скажешь моей мамы?..

– Я ей скажу. Она наверное привыкла к таким делам. И я скажу Глава шестая Подгоревшее печенье Полу насчет капота.

Я признательно кивнул, полагая, что больше Пол мне свою машину никогда не даст.

– Фортуны! – И здесь Рейчел поцеловала меня, я и глазом не успел моргнуть. – Ну, отчаливай в путь, полукровка. Убей для меня несколько чудовищ.

Я в последний раз поглядел на нее: она посиживала на фронтальном Глава шестая Подгоревшее печенье пассажирском сидение «тойоты», скрестив руки и смотря на Пирата, который подымался все выше и выше, унося в небеса меня и Бекендорфа. Я спрашивал себя, о чем Рейчел желала побеседовать со мной и получится ли мне когда-нибудь выяснить об этом.

– Ну, – произнес Бекендорф, – я так понимаю, ты не хочешь Глава шестая Подгоревшее печенье, чтоб я описывал эту сценку Аннабет.

– О боги, – пробормотал я. – И мыслить об этом не смей!

Бекендорф фыркнул, и мы помчались над Атлантикой.

Когда мы узрели нашу цель, уже практически стемнело. «Принцесса Андромеда» зияла огнями на горизонте – большой круизный лайнер, залитый желтоватым и белоснежным светом. Издалека можно было поразмыслить, что Глава шестая Подгоревшее печенье это обыденный пассажирский корабль, а не штаб властелина титанов. Но когда мы подлетели ближе, стала видна огромная носовая фигура – темноволосая дева в греческом хитоне, закованная в цепи. На лице у нее застыло выражение кошмара, как будто она ощущала зловоние всех чудовищ, которых обязана была вытерпеть у себя за спиной.

У Глава шестая Подгоревшее печенье меня снутри все похолодело, когда я опять увидел этот корабль. Дважды я чуть не умер на «Принцессе Андромеде», а сейчас корабль направлялся прямо в New-york.

– Ты помнишь, что необходимо делать? – перекрикивая ветер, спросил у меня Бекендорф.

Я кивнул. Мы тренировались в гавани Нью-Йорка с холостыми бомбами, используя Глава шестая Подгоревшее печенье в качестве полигона брошенные корабли. Я знал, как не достаточно времени у нас будет. Но еще я знал, что другой таковой способности предупредить вторжение Кроноса нам не представится.

– Пират, – повелел я, – опусти нас на самую нижнюю кормовую палубу.

«Понял, шеф, – ответил Пират. – Ух, как мне не нравится этот корабль Глава шестая Подгоревшее печенье!»

Три года вспять Пират оказался в рабстве на «Принцессе Андромеде» и бежал оттуда, только когда мы с друзьями мало ему посодействовали. Я так думаю, он быстрее предпочел бы, чтоб ему расчесали гриву, как у Моего Малеханького Пони,[1] чем опять оказаться тут.

– Не ожидай нас, – произнес я ему.

«Но Глава шестая Подгоревшее печенье, шеф…»

– Ты уж мне поверь – мы сами оттуда выберемся.

Пират сложил крылья и спикировал на корабль, как темная комета. Ветер свистел у меня в ушах. Я лицезрел чудовищ, охраняющих верхнюю палубу корабля: дракониц либо женщин-змей, адских гончих, гигантов и человекообразных морских бесов – наполовину людей, наполовину морских Глава шестая Подгоревшее печенье львов, – именуемых тельхинами. Но мы так стремительно пронеслись мимо, что никто из их не поднял тревогу. Мы приблизились к корме, Пират распростер крылья, после этого мягко приземлился на нижнюю палубу. Я спрыгнул с него, подавляя подступившую тошноту.

«Удачи, шеф, – произнес Пират. – Смотри, чтоб они не выслали тебя на корм Глава шестая Подгоревшее печенье лошадям!»

С этими словами мой старенькый друг пропал в ночи. Я извлек из кармашка авторучку, снял с нее колпачок, и мой клинок Анаклузмос растянулся до полного размера – метр смертоносной небесной бронзы.

Бекендорф вынул из кармашка клочок бумаги. Мне показалось, что это карта либо чего-нибудть в этом роде, но позже я сообразил Глава шестая Подгоревшее печенье: это фото. Он рассматривал ее в полутьме – улыбающееся лицо Силены Боргард, дочери Афродиты. Они начали встречаться с прошедшего лета, хотя все уже не один год им гласили: «Чего вы дурачины валяете – вы ведь нравитесь друг дружке!» Сейчас, даже отправляясь в небезопасные экспедиции, Бекендорф казался счастливым, как Глава шестая Подгоревшее печенье никогда.

– Мы непременно вернемся в лагерь, – произнес я ему.

В его очах мелькнула тревога, но позже он уверенно улыбнулся и убрал фотографию.

– Кто бы колебался, – произнес он. – Ну что, идем порвем Кроноса на части?

Бекендорф шел впереди. Мы проследовали по узенькому коридору до служебного трапа – точно как на учениях, но, услышав Глава шестая Подгоревшее печенье наверху шум, застыли.

– Мне плевать, что там гласит твой нос, – прорычал получеловечий-полусобачий глас, так гласили тельхины. – Когда ты в последний раз почуял полукровку, на самом деле это оказался мясной рулет!

– Мясные рулеты – хорошая штука, – визгливым лаем отозвался 2-ой глас. – Но на данный момент я чую запах полукровок. Они на Глава шестая Подгоревшее печенье борту, уж можешь мне поверить.

– Зато у тебя мозги не на борту, это точно.

Они продолжили препирательства, а Бекендорф тем временем показал вниз. Мы спустились, стараясь не шуметь. Два этажа вниз – и голоса тельхинов стали чуть слышны. В конце концов мы оказались перед железной крышкой лючка Глава шестая Подгоревшее печенье. Бекендорф одними губками произнес: «Машинное отделение».

Лючок был заперт, но Бекендорф вынул из собственного ранца кусачки и перерезал дужку замка, как будто та была из масла.

Снутри крутились и гудели желтоватые турбины размером с элеватор. Обратная стенка была утыкана манометрами и компьютерными мониторами. За одной из консолей, сутулясь, посиживал тельхин Глава шестая Подгоревшее печенье, но он был так погружен в работу, что не увидел нас. Экземпляр ростом метра полтора, на маленьких ножках, все его тело покрывал гладкий лоснящийся мех, как у морского льва. Голова – как у добермана, а вот руки хоть и когтистые, но полностью людские. Тельхин тюкал пальцами по клавиатуре, временами порыкивая, и Глава шестая Подгоревшее печенье что-то бурчал. Может, переписывался с дружками в чате на uglyface.com.

Я сделал шаг вперед, и он натужился, возможно почуяв что-то неладное. Тельхин прыгнул вбок к большой красноватой тревожной кнопке, но я преградил ему путь. Он зашипел и ринулся на меня, но один удар Анаклузмосом Глава шестая Подгоревшее печенье – и тельхин, взорвавшись, рассыпался в останки.

– Один – ноль, – констатировал Бекендорф. – Осталось еще тыщ 5.

Он засунул мне в руки контейнер с густой зеленой жидкостью – греческим огнем, одним из самых небезопасных магических веществ в мире. Позже Бекендорф бросил мне очередной нужный инвентарь героев-полубогов – клейкую ленту.

– Закрепи этот на консоли, – произнес он Глава шестая Подгоревшее печенье. – А я займусь турбинами.

Мы принялись задело. В помещении было горячо и мокро, и через пару минут мы взмокли так – хоть выжимай.

Корабль продолжал плыть вперед. Я, как отпрыск Посейдона, отлично ориентировался в море. Не спрашивайте меня, как я это обусловил, но я точно знал, что мы находимся на 40˚19' северной Глава шестая Подгоревшее печенье широты и 71˚09' западной долготы и движемся со скоростью восемнадцать узлов, а это означало, что корабль прибудет в New-york с рассветом. Другой способности приостановить неприятеля нам не представится.

Не успел я прикрепить 2-ой контейнер с греческим огнем к пульту управления, как раздался топот огромного количества ног по Глава шестая Подгоревшее печенье железным ступеням – вниз торопилось такое количество чудовищ, что я слышал их даже за ревом движков. Плохо дело!

Я изловил взор Бекендорфа.

– Сколько еще?

– Длительно. – Он постучал пальцем по своим часам, которые служили дистанционным взрывателем. – Мне необходимо еще подключить приемник и установить запалы. Минут 10 – минимум.

Судя по приближающемуся топоту, у Глава шестая Подгоревшее печенье нас оставалось секунд 10.

– Я их отвлеку, – решил я. – Встретимся в назначенном месте.

– Перси…

– Пожелай мне фортуны!

Кажется, Бекендорф желал сделать возражение – ведь весь план операции строился на том, что мы высаживаемся, делаем дело и уходим незамеченными. Но сейчас приходилось импровизировать.

– Фортуны, – произнес он.

Я ринулся к двери.

По лестнице бежало с Глава шестая Подгоревшее печенье полдюжины тельхинов. Я прорубился через их Анаклузмосом – они и пикнуть не успевали, обращаясь в останки. Я понесся наверх, пропархал мимо еще 1-го тельхина, который так ужаснулся, что даже выронил свою коробку с обедом от «Маленького демона». Этого я оставил живым, частично поэтому, что обед его уже остыл, частично Глава шестая Подгоревшее печенье – чтоб он мог поднять тревогу и, может быть, ринуться вкупе со своими друзьями следом за мной, а не в машинное отделение.

Я выскочил через дверь на шестую палубу и помчался по ней. Этот устланный ковром коридор наверное до этого был шикарнее некуда, но за три года, что здесь Глава шестая Подгоревшее печенье хозяйничали монстры, обои, ковры и двери в каюты заполучили ужасающий вид – все исцарапанное, покрытое слизью, как будто вы попали в глотку дракона (к несчастью, это сопоставление основано на личном опыте).

В тот раз, когда я в первый раз побывал на «Принцессе Андромеде», мой старенькый неприятель Лука для маскировки оставил на борту несколько Глава шестая Подгоревшее печенье сбитых с толку туристов, застив им глаза Туманом так, что они даже не сообразили, что находятся на корабле, захваченном чудовищами. Но сейчас никаких следов туристов я не увидел. Мне не хотелось мыслить о том, что с ними случилось, но я очень колебался, что их отпустили домой с выигрышами по Глава шестая Подгоревшее печенье лотерейным билетам.

Я добрался до прогулочной палубы с не малым гипермаркетом и тормознул как вкопанный. Посреди внутреннего двора находился фонтан, а в фонтане посиживал огромный краб.

Когда я говорю «гигантский», то не имею в виду краба, выловленного на Аляске, за 7 баксов 99 центов. Я имею в виду вправду огромного краба Глава шестая Подгоревшее печенье размером больше фонтана. Это чудовище на три метра высилось над водой. У него были крапчатый сине-зеленый панцирь и клешни длиннее моего тела.

Если вы когда-нибудь лицезрели крабью пасть, такую пузырчатую, покрытую усиками и пощелкивающую, то сможете для себя представить, что эта пасть, размером с маркетинговый щит, смотрелась Глава шестая Подгоревшее печенье никак не лучше. Глаза-бусинки краба уставились на меня, и я выудил в их разум – и ненависть. То, что я был отпрыском морского бога, не добавляло мне очков.

– Ш-ш-ш-ш, – прошипел монстр, из его пасти капала морская пена.

Разило от него, как от мусорного Глава шестая Подгоревшее печенье бачка с кучей рыбных палочек, который целую неделю выдерживали на солнце.

Зазвучал сигнал волнения. Скоро тут появится большая компания, а поэтому мне необходимо было сматываться.

– Эй, ракообразное! – Я направился вокруг фонтана по самому краю двора. – Я здесь тебя обойду, так что ты…

Краб здесь же обрел невероятную скорость. Он мигом выкарабкался Глава шестая Подгоревшее печенье из фонтана и, щелкая клешнями, ринулся прямо на меня. Я нырнул в сувенирный магазин, где чуть ли не своротил стойку с висячими на ней футболками. Краб клешнями расколошматил в маленькие дребезги стеклянную стенку и помчался за мной. Я, тяжело дыша, ринулся вспять, но краб развернулся и погнался за мной.

– Вот Глава шестая Подгоревшее печенье он! – раздался нужно мной глас с балкона. – Неприятель!

Если я желал отвлечь их внимание, то мне это удалось, но вот только вступать с ними в схватку в этом месте у меня не было желания. Если меня схватят тут, то краб просто-напросто мной пообедает.

Это дьявольское отродье кинулось на Глава шестая Подгоревшее печенье меня. Я взмахнул Анаклузмосом и отрубил ему кончик клешни. Он зашипел, брызгая пеной, но, похоже, искалечил я его не очень.

Я попробовал припомнить чего-нибудть из прежних историй – авось поможет. Аннабет говорила мне о страшенном крабе, что-то о том, как Геракл раздавил его ногой. Но тут таковой Глава шестая Подгоревшее печенье подход не работал. Этот краб был чуточку побольше моих кроссовок.

И здесь мне в голову пришла одна умная идея. На прошедшее Рождество мы с матерью повезли Пола Блофиса в наш старенькый домик в Монтауке – мы туда уже целую вечность ездили. Пол повел меня ловить крабов, и когда Глава шестая Подгоревшее печенье мы вынули сеть, полную этих тварей, он показал мне, где у краба слабенькое место в панцире – точно в центре его уродливого брюшка.

Вот только как добраться ранее брюшка?!

Я кинул взор на фонтан, позже – на мраморный пол, на котором остались осклизлые крабьи следы, потом растянул руку, сосредотачиваясь на воде, и Глава шестая Подгоревшее печенье фонтан взорвался. Вода брызнула во все стороны – на высоту 3-х этажей. Обрызгала лифты, балконы, окна магазинов. Краб и усом не повел. Он обожал воду. Он подбирался ко мне боком, щелкал клешнями и шипел, а я побежал прямо на него с кликом: «А-а-а!»

Перед тем как мы Глава шестая Подгоревшее печенье столкнулись, я на бейсбольный манер шлепнулся на землю и заскользил по мраморному полу прямо ему под брюхо. Да… это все равно что залезть под семитонный бронетранспортер! Крабу и всего только необходимо было присесть – от меня бы одно влажное место осталось, но до того как он сообразил, что происходит, я вонзил Анаклузмос ему Глава шестая Подгоревшее печенье в брюхо, позже отпустил ручку клинка, оттолкнулся и выскользнул из-под краба сзади.

Монстр задрожал и зашипел. Его глаза растворились, панцирь побагровел, внутренности улетучились… Через секунду пустой панцирь всей собственной массой упал на пол.

У меня не было времени восторгаться проделанной работой. Я ринулся к наиблежайшей лестнице Глава шестая Подгоревшее печенье, вокруг раздавались командные выкрики, бряцанье орудия – появлялись новые монстры и полубоги. Руки мои были пусты. Анаклузмос благодаря своим магическим свойствам в какой-то момент должен опять оказаться у меня в кармашке, но пока он покоился под останками краба и доставать его мне было некогда.

На восьмой палубе перед лифтом путь Глава шестая Подгоревшее печенье мне преградила пара дракониц. Выше талии они были дамами с зеленоватой чешуйчатой кожей, желтоватыми очами и раздвоенными языками. Ниже талии заместо ног находились двойные змеиные тела. В руках драконицы держали трезубцы и сети с грузилами, а я по опыту знал, что воспользоваться этими штуками они могут.

– Это шшшто такое Глава шестая Подгоревшее печенье? – прошипела одна. – Подарок для Кроносссса?

У меня не было никакого желания играть здесь с ними в укротителя змей. Передо мной стоял щит с моделью корабля, наподобие информационных щитов «Ты здесь».[2] Я сорвал модель с подставки и кинул ее в первую драконицу. Кораблик попал ей в физиономию, и она Глава шестая Подгоревшее печенье упала на палубу. Я перепрыгнул через нее, схватился за копье ее подружки и крутнул так, что та улетела в лифт. А я побежал на нос корабля.

– Взять его! – завизжала сзади драконица.

До меня доносился лай адских гончих. В дюйме от моего лица просвистела стрела и вонзилась в настенную панель Глава шестая Подгоревшее печенье темного дерева. Но мне было наплевать: я отвлекал чудовищ от машинного отделения и давал время Бекендорфу сделать свое дело.

Когда я бежал ввысь по лестнице, навстречу мне попался парнишка. Вид у него был таковой, как будто он еще толком не пробудился. Он успел натянуть на себя только половину доспехов. Парнишка вынул Глава шестая Подгоревшее печенье клинок и закричал: «Кронос!» Но в его голосе слышался быстрее испуг, чем боевой кураж. Ему было не больше 12-ти – примерно в таком возрасте я в первый раз приехал в Лагерь полукровок.

От этой мысли мне стало нехорошо на сердечко. Этому парню помыли мозги – обучили непереносить богов и Глава шестая Подгоревшее печенье махать клинком, так как он родился наполовину олимпийцем. Кронос бесцеремонно использовал его в собственных целях, но парнишка считал меня своим противником.

Нет, я ни при каких обстоятельствах не желал искалечить либо ранить его. Орудие в этой ситуации мне не требовалось. Я приблизился к нему, ухватил за запястье и Глава шестая Подгоревшее печенье стукнул о стенку, вышибая клинок из его руки.

А позже я сделал то, что совсем и не собирался. Наверняка, это было тупо и очевидно ставило под опасность нашу цель, но я ничего не мог с собой поделать.

– Если хочешь жить, – произнес я ему, – немедля беги с этого корабля. И Глава шестая Подгоревшее печенье скажи другим полубогам. – С этими словами я толкнул его, и он полетел кубарем вниз.

А я продолжил путь наверх.

Здесь меня окутали нехорошие мемуары: коридор проходил через кафетерий. Аннабет, мой единокровный брат Тайсон и я побывали тут три года вспять во время моего первого посещения корабля.

Я выбежал на Глава шестая Подгоревшее печенье главную палубу. Слева по борту небеса теряли багровый колер и затягивались чернотой. Меж 2-мя стеклянными башнями, на которых показывались балконы и рестораны, сверкал бассейн. Вся высшая часть корабля смотрелась зловеще опустевшей.

Мне оставалось только перебежать к другому борту и оттуда спуститься на вертолетную посадочную площадку – месту встречи, обсужденному на случай Глава шестая Подгоревшее печенье чрезвычайных событий. Если повезет, мы там встретимся с Бекендорфом и прыгнем в море. Моя способность ладить с водой защитит нас обоих, а отплыв на полмили, мы дистанционно взорвем заряды.

Я уже пересек половину палубы, когда звук чьего-то голоса принудил меня замереть:

– Ты запоздал, Перси.

Нужно мной на балконе Глава шестая Подгоревшее печенье стоял Лука, на его пересеченном шрамом лице игралась ухмылка. На нем были джинсы, белоснежная футболка, пляжные шлепанцы – ни дать ни взять обыденный студент. Только глаза, как будто бы отлитые из золота, выдавали его.

– Мы тебя издавна ждем. – Сначала он, казалось, гласил нормально, как Лука. Но позже его лицо стало подергиваться. По Глава шестая Подгоревшее печенье телу прошла дрожь, как будто он испил какую-то мерзость, глас стал гуще, в нем слышались мощь и седоватая древность – это был глас владыки титанов Кроноса. Его слова как будто ножиком резанули меня по спине. – Склонись передо мной!

– Да-да, держи кармашек обширнее, – пробормотал я.

По обеим сторонам Глава шестая Подгоревшее печенье бассейна появились гиганты лестригоны, они как будто ожидали сигнала. Каждый был высотой в два с половиной метра, на руках татуировки, на груди кожаные доспехи, в руках палицы. На крыше над Лукой появились лучники-полубоги. С обратного балкона спрыгнули две адские гончие и зарычали на меня. За считанные секунды Глава шестая Подгоревшее печенье я был окружен. Ловушка! Они не смогли бы собраться все тут так стремительно, если б не ожидали меня заблаговременно.

Я поглядел на Луку, и гнев закипел у меня в груди. Я даже не знал, осталась ли хоть капля его прежнего сознания снутри этого тела. Может быть, его глас так поменялся Глава шестая Подгоревшее печенье, а может, просто Кронос приспосабливался к собственной новейшей форме. Я произнес для себя, что это не имеет значения. Луку овладели зависть и злость за длительное время до того, как Кронос овладел им.

Глас у меня в голове произнес: «Тебе так либо по другому придется сразиться с ним. Так почему Глава шестая Подгоревшее печенье не на данный момент?»

По величавому предсказанию я в шестнадцать лет был должен сделать выбор, который выручит либо сгубит мир. До шестнадцатилетия мне оставалась неделя. Так почему не сейчас? Если у меня и по правде такая судьба, то какое значение может иметь одна неделя? Я мог покончить Глава шестая Подгоревшее печенье с этой опасностью прямо тут, разделавшись с Кроносом. Что, разве я не сражался с чудовищами и богами ранее?

Лука, как будто прочтя мои мысли, улыбнулся. Нет, это был Кронос. Я должен держать в голове это.

– Ну, иди ко мне, – произнес он. – Если не трусишь.

Масса чудовищ раздалась. Я двинулся Глава шестая Подгоревшее печенье ввысь по лестнице. Сердечко у меня колотилось. Я ожидал удара ножиком в спину, но они позволили мне пройти. Я запихнул руку в кармашек и нашел там мою авторучку, снял колпачок – и Анаклузмос перевоплотился в клинок.

В руках у Кроноса появилось орудие – двухметровая коса наполовину из небесной бронзы, наполовину из смертоносной стали Глава шестая Подгоревшее печенье. Да, от 1-го только вида этой штуки мои колени начали подгибаться. А поэтому, чтоб не передумать, я ринулся в атаку.

Время замедлилось. В буквальном смысле, так как Кронос обладал таковой способностью – поменять ход времени. Мне казалось, как будто я двигаюсь в сиропе. Руки у меня стали такими томными, что Глава шестая Подгоревшее печенье я чуть мог удержать клинок. Кронос улыбнулся и взмахнул косой с обыкновенной скоростью, ждя, когда я доползу до собственной погибели.

Я попробовал воспротивиться его колдовству и сосредоточился на море вокруг меня – ведь море было источником моей силы. С возрастом мне удавалось делать это все лучше и лучше, но сейчас Глава шестая Подгоревшее печенье ничего не выходило.

Я сделал очередной шаг вперед. Гиганты глумливо засмеялись. Хохот дракониц походил на шипение.

«Океан, – взмолился я, – ну что для тебя стоит?!»

В один момент меня чуть ли не скрутило от боли снутри. Весь корабль наклонился набок, и монстры попадали с ног. Из бассейна выплеснулось четыре тыщи Глава шестая Подгоревшее печенье галлонов соленой воды; я, Кронос и все на палубе намокли с головы до ног. Вода возвратила меня к жизни, разрушив чернокнижниченство времени, и я ринулся вперед.

Я нанес удар Кроносу, но резвость еще не возвратилась ко мне полностью. Я сделал ошибку – поглядел в его лицо, в лицо Луки Глава шестая Подгоревшее печенье, когда-то бывшего моим другом. И хотя я его не мог терпеть, уничтожить его мне было тяжело.

У Кроноса же никаких колебаний не имелось. Он взмахнул косой. Я отскочил вспять, и страшный металл прошел в миллиметре от меня, вырвав щепу из доски в палубе меж моих ног.

Я лягнул Кроноса в Глава шестая Подгоревшее печенье грудь. Он подался вспять, но оказался тяжелее, чем был должен быть Лука. Чувство – как будто я лягнул холодильник.

Кронос опять взмахнул косой. Я перехватил ее Анаклузмосом, но удар был так сильным, что мой клинок сумел только поменять его направление. Кончик косы вырвал кусочек моего рукава и поцарапал предплечье. Порез Глава шестая Подгоревшее печенье не мог быть суровым, но вся эта сторона моего тела взорвалась от боли. Я вспомнил, что один тельхин однажды произнес мне о косе Кроноса: «Осторожнее, дурачок. Одно прикосновение – и эта сталь отделит твою душу от тела». Сейчас я сообразил смысл его слов. Дело было не в потере Глава шестая Подгоревшее печенье крови. Я ощущал, как меня покидают силы, воля, как я теряю свое собственное «я».

Я, спотыкаясь, отступил, перебросил клинок из правой руки в левую и отчаянно ринулся вперед. Мой клинок был должен пронзить его насквозь, но лезвие отскочило от животика титана, как будто тот был из мрамора. Кронос ни Глава шестая Подгоревшее печенье при каких обстоятельствах не был должен остаться в живых после такового удара. Но Кронос рассмеялся.

– Очень плохо, Перси Джексон. Лука гласит, что в искусстве фехтования ты никогда не мог с ним сравниться.

В очах у меня помутилось. Я знал, что времени остается не много.

– Лука всегда задирал нос Глава шестая Подгоревшее печенье, – произнес я. – Но у него, по последней мере, была собственная голова на плечах.

– Жалко тебя убивать до того, как окончательный план будет реализован, – размышляя вслух, произнес Кронос. – Мне бы хотелось узреть кошмар в твоих очах, когда ты усвоишь, как я собираюсь убить Олимп.

– Ты никогда не доберешься на этой посудине Глава шестая Подгоревшее печенье до Манхэттена. – Рука моя пульсировала болью, в очах мерцали темные точки.

– Это еще почему? – Золотые глаза Кроноса сверкали. Его лицо – лицо Луки – казалось схожим на маску, ненатуральную, подсвеченную изнутри некий злостной энергией. – Может быть, ты рассчитываешь на собственного дружка со взрывчаткой?

Он поглядел вниз на бассейн и позвал Глава шестая Подгоревшее печенье:

– Накамура!

Парнишка в полном греческом доспехе протиснулся через массу. На левом глазу у него была повязка. Конечно, я знал его: Эфан Накамура, отпрыск Немезиды. Прошедшим летом я выручил ему жизнь в Лабиринте, а этот небольшой подлец в благодарность посодействовал Кроносу возвратиться к жизни.

– Все в порядке, властелин, – доложил Эфан. – Мы Глава шестая Подгоревшее печенье его отыскали, как вы и повелели.

Он хлопнул в ладоши, и вперед вышли два гиганта, волоча за собой Чарльза Бекендорфа. Сердечко у меня чуть не тормознуло. Один глаз у Бекендорфа распух, руки и лицо в царапинах. Доспехи его пропали, а рубаха была практически вся разорвана.

– Нет! – выкрикнул я.

Бекендорф повстречал Глава шестая Подгоревшее печенье мой взор. Он поглядел на свою руку, как будто желал что-то мне сказать. Его часы. Они еще оставались на нем, а в их – детонатор. Успел ли он установить взрыватели? Но эти монстры наверное должны были их снять.

– Мы отыскали его в трюме корабля, – произнес один из Глава шестая Подгоревшее печенье гигантов. – Он пробовал проскользнуть в машинное отделение. Можно, мы его сейчас съедим?

– Уже скоро, – отозвался Кронос, с прищуром посмотрев на Эфана. – Ты уверен, что он не поставил взрыватели?

– Он шел в направлении машинного отделения, властелин.

– Откуда для тебя это понятно?

– Гм… – Эфан неудобно переминался с ноги на ногу. – Он шел в том Глава шестая Подгоревшее печенье направлении. И позже, он сам нам произнес. У него ранец набит взрывчаткой.

Правда медлительно стала раскрываться мне. Бекендорф провел их. Осознав, что его схватят, он сделал вид, что направляется в другую сторону. Он уверил их, что еще не успел заминировать машинное отделение. Греческий огнь все еще Глава шестая Подгоревшее печенье можно было привести в действие. Но пока мы оставались на корабле, нам это не предвещало ничего неплохого. Если б нам удалось убраться с него – тогда другое дело.

Кронос колебался.

«Ну, купись ты на это!» – молчком умолял я.

Рука у меня так болела, что я чуть стоял.

– Открой ранец, – отдал Глава шестая Подгоревшее печенье приказ Кронос.

Один из гигантов сорвал мешок со взрывчаткой со спины Бекендорфа. Заглянув вовнутрь, он зарычал и выкрутил мешок наружу. Монстры в панике отхлынули в стороны. Если б мешок и по правде был набит сосудами с греческим огнем, то мы все взлетели бы на воздух. Но оттуда вывалился только десяток банок с Глава шестая Подгоревшее печенье персиками.

Я слышал, как тяжело дышит Кронос, пытаясь подавить гнев.

– Может быть, вы схватили этого полубога у камбуза?

– Гм… – Эфан побледнел.

– И может быть, вы отправили кого-нибудь проверить машинное отделение?!

Эфан в страхе подался вспять, позже оборотился и ринулся прочь.

Я молчком выругался. Сейчас до того, как бомбы Глава шестая Подгоревшее печенье будут обезврежены, оставались считаные минутки. Я опять изловил взор Бекендорфа и задал безгласный вопрос, надеясь, что он усвоит: «Какая задержка?»

Он сложил большой и указательный пальцы кружком – нуль. Таймер детонатора был установлен без задержки. Если ему получится надавить кнопку, корабль одномоментно взлетит на воздух. А уйти далековато, до Глава шестая Подгоревшее печенье того как будет нажата кнопка, мы не сможем. Монстры до этого уничтожат нас либо обезвредят заряды. Либо и то и это.

Кронос оборотился ко мне с кривой ухмылкой.

– Для тебя придется извинить моих неискусных помощников, Перси Джексон, но это не имеет значения. Ты сейчас у нас в руках Глава шестая Подгоревшее печенье. Нам уже несколько недель было понятно, что ты появишься тут.

Он протянул руку и показал небольшой серебряный браслет с брелоком в виде косы – знака властелина титанов.

Рана в предплечье лишала меня возможности мыслить, но я пробормотал:

– Устройство связи… шпион в лагере…

Кронос ухмыльнулся.

– Нельзя полагаться на друзей. Они обязательно тебя Глава шестая Подгоревшее печенье подведут. Луке тяжело дался этот урок. А сейчас брось собственный клинок и сдавайся. По другому твой друг умрет.

Я проглотил слюну. Один из гигантов обхватил Бекендорфа рукою за шейку. Я был не в состоянии его спасти, но даже если б попробовал, он погиб бы, до того как я Глава шестая Подгоревшее печенье добрался до него. Мы оба погибли бы.

Бекендорф одними губками произнес: «Уходи!»

Я покачал головой. Я не мог кинуть его.

2-ой гигант продолжал перебирать банки с персиками, а это означало, что левая рука Бекендорфа свободна. Он медлительно поднял ее, поднося к часам на правой руке.

Я желал закричать: «Нет!»

Позже Глава шестая Подгоревшее печенье у бассейна раздалось шипение одной из дракониц:

– Шшшшто он делает? Шшшшто это у него на руке?

Бекендорф прочно зажмурил глаза и накрыл ладонью часы.

Выбора у меня не оставалось. Я бросил мой клинок в Кроноса, как будто это был не клинок, а дротик, и тот, не причинив Кроносу вреда, отпрыгнул Глава шестая Подгоревшее печенье от его груди. Но это испугало его. Я мигом протиснулся через массу монстров и спрыгнул за борт в воду с высоты 30 футов.

В чреве корабля раздался грохот. Монстры что-то орали мне вослед. В бедро стукнула стрела, но у меня даже не было времени ощутить боль. Я Глава шестая Подгоревшее печенье нырнул и отдал приказ потокам унести меня вниз как можно далее – на 50 метров, на 100 метров.

Но даже и на таком расстоянии я ощутил, как мир сотряс взрыв. Мой затылок обожгло. «Принцесса Андромеда» взорвалась с 2-ух сторон, в темное небо выплеснулся огромный шар зеленоватого пламени, пожирая все вокруг.

«Бекендорф Глава шестая Подгоревшее печенье…» – пошевелил мозгами я.

После чего я вырубился и пошел на дно, как сброшенный с корабля якорь.

Глава 2-ая
Знакомство с подводной родней

Сны полубогов – это полный отстой.

Дело в том, что это, в общем-то, и не сны. Это всякие видения, предвестия и иная схожая магия – меня от нее прямо с Глава шестая Подгоревшее печенье души воротит.


glava-semdesyat-shestaya-tri-goda-provedennie-v-poiskah-rasshifrovke-i-osmislenii-dokumentov-ubedili-menya-v-tom.html
glava-semnadcataya-adiooborudovaniya-mne-bilo-shestnadcat-let-kogda-vmeste-s-neskolkimi-priyatelyami-takimi-zhe.html
glava-semnadcataya-bolshoj-strah-i-eshe-bolshaya-hrabrost.html